Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как Кириан меня воспринимает. Как он замечает каждый импульс на моем лице. Как впитывает мой смех или рассматривает пальцы, погрузившиеся в янтарного цвета шерсть. Как не отрывает взгляд от моих губ.
Я могла чувствовать его желание, его внутренний разлад и его бешеный пульс, когда он меня целует.
– Ты можешь обмануть себя, но не богиню любви, – мягко сказала Венера.
Что ж, я не идиотка. Разумеется, я понимала: мое чувство к Кириану с каждым днем становится все сильнее. С самого начала он испытывал на мне свое обаяние и чем чаще позволял увидеть свое подлинное Я, тем сильнее меня к нему тянуло. Впрочем, я не думала, будто и с ним происходит то же самое. Втайне я, конечно, на это надеялась и ловила любой малейший признак. Но каждый раз, когда мы сближались, Кириан старался держать дистанцию. Становился холодным и отсутствующим. Мне приходилось отрицать то, что я вижу, и всегда находить для него отговорки. Так было проще и надежнее. Однако картинки, которые продемонстрировала мне Венера, доказывали: чувства мои взаимны.
Богиня мудро улыбнулась.
– Ты ошибаешься, если считаешь, что у Минервы нет шансов. Тебе следует быть начеку.
– Но что мне делать? – тихонько спросила я и закрыла руками грудь. Как будто можно было тем самым закрыть от богини сердце. – Мне надо держаться подальше от Кириана, так?
– Это было бы лучше всего. – Венера прищурилась. – Тогда и он не нарушил бы моих правил.
Ах, точно! Существует еще и этот дурацкий закон.
В волнении я переступила с ноги на ногу.
– А что будет, если один из «Секьюритас» решит не придерживаться твоих правил? Он умрет?
Губы ее изогнулись в улыбке.
– В случае такого неуважения смерти недостаточно.
Я наморщила лоб: что же может быть хуже смерти?
– Думай, как воин, – велела Венера, следуя за моими мыслями.
Я стала напряженно размышлять о качествах моих стражей. В первую очередь мне вспомнились, разумеется, решительность, сила и ум. Но если посмотреть внимательнее, то сущность их крылась в другом.
У меня перехватило дыхание.
– Ты отнимешь их дар!
– Верно.
– Но это
Венера спокойно пожала изящными плечами.
– Я ни перед кем не оправдываюсь, дитя мое.
Супер. Ну, тогда все ясно.
Мне показалось, что я сейчас заплачу.
– Значит, ты именно поэтому сюда меня забрала? – спросила я, не сумев сдержать горечи в своем голосе. – Чтобы открыть мне глаза на то, что мы с Кирианом испытываем друг к другу на самом деле? Доказать мне: несмотря на все это, мы не сможем быть вместе?
– Чем сильнее будут ваши чувства друг к другу, тем скорее исполнится проклятие моей сестры.
– Кириан не предаст меня, – решительно возразила я. – Скорее он отрубит себе руку.
Может, это высказывание и было рискованным. Но я отказывалась верить в то, что он когда-либо обманет меня. Ведь он прекрасно понимает: из-за этого я лишусь жизни.
К сожалению, моя уверенность совсем не убедила Венеру. Она нетерпеливо поцокала языком.
– Тем не менее это так: сердце твое разорвется, как только полюбит по-настоящему. В этом и состоит проклятие.
– Но ведь…
– И ты умрешь, – перебила меня Венера. Глаза ее сузились.
Я вздрогнула, в груди у меня все болезненно сжалась.
– А мой воин лишится своей божественной силы, – безжалостно продолжала она, а потом, склонив голову, стала пристально меня изучать. – Разве это того стоит?
Да что такое! Мне-то откуда знать?! Никто не может взвесить преимущества и недостатки любви. Так просто не делается. И уж кому, как не ей, это следует…
– Ты лежишь в коме, Найла.
Я возмущенно закашлялась.
– Что?! – Кажется, я уже вообще ничего не соображала. – Но ведь ты сама сказала, что проклятие еще не сбылось.
– В тебе течет кровь богов, – пояснила Венера, хотя в этом не было ничего нового. – Но твое смертное тело слишком слабо для бесконтрольной силы.
– Что?.. Ты что имеешь в виду? – пролепетала я.
– Если ты еще раз полностью высвободишь свою силу, тебе придет конец.
– Но я же это сделала бессознательно! – горячо возразила я. – Это чистый инстинкт выживания.
– Это неважно. Сердце твое перестанет биться, как только ты снова позволишь этой силе выйти наружу.
– Но проклятие препятствует моей смерти, – с упреком произнесла я. Еще чуть-чуть, и я, как упрямый ребенок, пойду топтать священную лужайку. Я сыта по горло тем, что мне со всех сторон твердят: ты погибнешь. – Все говорят, что я бессмертна.
Венера покачала головой.
– Никто не бессмертен, Донателла. Сила внутри тебя тысячекратно мощнее, чем сила одной богини. Тебе нельзя использовать ее еще раз.
Что-то в ее словах показалось мне знакомым. Но я была слишком опустошена и не могла как следует подумать об этом. Я состроила циничную гримасу.
