Я же сосредоточилась, припомнила все точечки, на которые матушка нажимала, чтобы от онемения человека избавить и кровь, в теле застывшую, снова по венам пустить. Пробежала пальцами по широкой мраморной спине с такой белой кожей, будто фарфор заморский невиданный, о котором отшельник рассказывал. Даже испугалась на миг, а вдруг не туда надавлю? Уж больно непривычной глазу эльфийская внешность показалась. Вроде и мужчина, а словно с картинки сошел. Под руками теплую кожу чувствуешь, а нежность и гладкость у нее точно у малыша новорожденного. Ни заскорузлых отметин, ни пятнышка или родинки, ни полосок натруженных шрамов, а солнце словно и вовсе этой кожи не касалось.
Я вздохнула, решаясь, да и прижала с силой пальцы сперва за ушами, под самой мочкой, затем на шею, спустилась, позвонки отсчитала и аккурат по бокам от седьмого маленькие ямочки нащупала, а дальше по всему хребту прошлась. Уж не знаю, о чем в этот миг диор помышлял, но вряд ли верил, что из моей затеи толк выйдет, потому как удивленно вперед подался, стоило эльфу пальцами шевельнуть.
Потянулся снеговолосый всем телом, мягко, гибко, точно белая лисица, но аккуратно так, чтобы меня ненароком не смахнуть. Ладони под головой скрестил, лбом в них уперся и снова замер.
— Ты как, Тальраир, в себя то пришел? — вновь подал голос диор.
Эльф промычал что-то неразборчиво, кончики ушей дрогнули, а вся поза моим прикосновениям открытая, так и подсказывала: «Продолжай».
Я и продолжила. Сперва нужно до конца довести, до всех точек докоснуться, ни одну не пропустить, а то вроде как и очнулся, а потом вдруг начнет ни с того ни с сего на ногу припадать. Еще бы этот волшебник лесной не мурчал точно котенок, сливок отведавший, а то я ж себя не спасительницей, а обольстительницей какой ощущала.
Прошлась споро по всем местам, что еще не тронула, да скатилась побыстрее на землю. Взгляд диорский поймала, задумчивый такой, будто он меня глазами замерял. Сам при этом на ладони колючку подбрасывал.
— Осторожней будь, не уколись, — предупредила, — вдруг на ней яд остался.
Усмехнулся, и вдруг руку в кулак сжал, я ж чуть не побледнела. А этот пень осиновый дразнился только.
— Может и мне массаж сделаешь? — спросил, — а то плечи как-то свело.
Эльф, который рубашку натягивал, фыркнул громко. Ну мужики! Точно дети малые. Все им рядом с девкой неймется, так и тянет в дразнилки поиграть или за косу дернуть. Прав был Тинар, наравне с мужами ни в одном форту, ни в одном отряде мне не быть.
— Отчего ж не сделать? Ты рубашку скидывай и ложись. Но предупредить должна, это бесчувственному телу на пользу, а со здоровым мужиком может неудобство приключиться. На силу мужскую больно влияет. Как ты потом по кустам продираться будешь? Нигде не зацепишься?
Прищурился на меня черноволосый, точно определял, правду ли говорю, а потом ответствовал:
— Силу мужскую и в дело пустить можно, чтобы нигде не цепляться, — сказал и отворотился, чтобы грязь присохшую с одежи соскрести. А эльф на нас только глазами веселыми косил, благо что плечи от хохота не тряслись.
Отпустила нас магия болот, теперь уж эльф снова плетенку бежать заставил, а мы следом побрели. Так привала хотелось, просто мочи не было, но Тальраир поторапливал, говорил, необходимо до озера добраться. Снова ему тревожно стало, снова природа шептала об чем-то. Прежде не замечала, а теперь углядела, как подергиваются временами остроухие кончики, а сам снеговолосый нет-нет да и прислушивается к им одним различимым голосам.
Лес вокруг гуще стал, давно сменил низкорослые и хилые болотистые деревца. Радостно гомонили в вышине птицы, шумела богатая листва на ветру и не было той страшной тишины, царившей на болотах.
— Вон уже и блики сверкают вдалеке, подал голос Тальраир. А я, присмотревшись, ничего углядеть не смогла. — На берегу озера можно будет привал сделать. Его хоть и называют неживым, но вода там чистая, как ключевая, пить не страшно.
— Отчего так прозвали? — спросила через силу, потому как брела уже на голос, настолько помутилось все перед глазами.
— В нем отражений не видно. Ни трава, ни цветы, по краям растущие, в водах тех не проявляются. Озеро на круглой поляне расположено, лес вплотную к воде не подходит, но звери на водопой захаживают. А еще неподалеку селение расположено, но насколько знаю, элдары воду в другом месте берут и в озерной воде купаться не рискуют, дома свои подальше ставят.
— Слава дурная у места этого? — вопросил диор.
