Платье почистить кое-где пришлось по подолу, который впереди мне до щиколоток поднимался, а позади тянулся (у эльфийки оно все по полу волочилось). В груди тоже чуток тесновато было, ну а про туфельки эти и говорить нечего, давили они мне нещадно. А ну их! Поставила возле кровати по соседству с сапогами. Полы здесь не лесные тропки, а я и по тем босиком бегала.
Пока прихорашивалась, в дверь постучали осторожно, а как открыла, так запах цветов душистых окутал меня точно дурманом. Внесли красавцы мои целые охапки букетов лесных в комнату.
— Вот, держи, фаворитка, — диор вредный обсыпал меня венчиками цветочными с головы до ног, успевай только пальцами шевелить, пока душистые лепестки по платью скользят. Где усиками, где стебельками тонкими за вышивку цеплялись, там и закрепились. А Тальраир на волосы распущенные целый венок мне надел. Красивый, но больно высокий получился. Пришлось и эти цветы в пряди вплести. На ноги цветочные браслеты сделала и по «кольцу» на каждый палец, так наряднее будет, чем просто голыми пятками сверкать.
Крутанулась перед зеркалом — ну точно нимфа лесная. Оборотилась спросить: «Ну как?»
А оба стоят неподвижно, еще руки на груди скрестили и смотрят молча. Чай не понравилось? Ну не придворная я дама, драгоценностей не имею, и не знатная эльфийка взаправду, вот без украшений и обхожусь. Что было, тем и украсила.
— Красиво, Мира, — Тальраир вымолвил, наконец, видимо, выражение лица моего приметив.
— Не перестаралась? — а это диор голос подал.
— Когда остальных при параде увидим, тогда и узнаем, — ответствовала ему, — ну братья родные, ведите меня к королю.
Глава 13. Король иль кто такой
Вот набилось-то народу в зал, не протолкнуться. Тут, кажись, не только претендентки, тут все обитатели дворца собрались, не иначе как на пир прицелились, а заодно зрелище забавное поглядеть. Распорядитель претенденток у входа отлавливал и за собой тащил, там в шеренгу выстраивал, по левую сторону от высоких ступенек, к трону ведущих.
В этой зале огромной все красным с золотом сверкало. И колонны, и полы, только тона различались. Вместо лучинок свечи повсюду, и лился мягкий свет с дрожащих кончиков, окружая каждый предмет, даже самый крошечный, золотистым сиянием — вот сколько свечей оказалось!
Трон пустовал, зато за ним уже устроилась одна девица. Невысокая, немногим выше меня, кудри темные до талии, платье белоснежное в пол, со сверкающей лентой на поясе, по фигурке ладно сидело. Волосы на затылке присобраны, в ушах и на шее украшения искрятся, в свете тысячи свечей переливаются. И стоит сама, на претенденток голодным волком глядит. Вот и познакомились с фавориткой нынешней, почти что прошлой.
Меня распорядитель в конце приткнул, и права я оказалась, когда диору предложила до смотра обождать. Все девицы на выданье туточки принарядились как могли. Мож не свои даже украшения нацепили, а прежде по родственникам прошлись, чтобы себя точно гирляндами увешать, где только свободное место имелось. Я ж когда на шеренгу эту сверкающую взглянула, меня и ослепило на миг. Ай-яй-яй, ведь точно выделяться стану, хоть сама на поле цветочное похожа. А я ж так старалась разукраситься, один к одному повозка брачная, где среди цветов и присесть негде. Чтобы король глянул и скривился, что за клумба пожаловала? Тьфу, сороки, затмили меня.
Пока с досадой по сторонам глазела, рокот в зале стих, как будто вдруг на всех полог глухоты опустился. Подняла глаза и короля узрела, который в этот миг на трон усаживался.
Тряхнуло меня, как если б на голову вазу тяжелую опустили. Отчего такая дрожь пробрала, кто бы знал? Что-то почудилось знакомое в его лице. Какие-то черточки внезапно и о диоре, и об эльфе и даже о Лике разом напомнили, хотя ничего общего со светловолосым женихом бывшим у короля не было. Волосы черные как у ворона, блестящие, точно маслом навощенные, губы, не узкие, не полные, изгибаются насмешливо, нос прямой, но не длинный, а глаза… так-те омуты, даже глядеть в них страшно, но хитрющие омуты, будто всех вокруг насквозь видят. Застыли все под взглядом этим, не шелохнутся, и я с ними вместе. Путники-то мои подале остались, их в рядок претендентский не впустили. Вот и некому было меня за плечо тряхнуть, в сознание быстро возвратить. Ведь сходу и красивым короля назвать нельзя оказалось, не красавец, нет (я ж к красавцам даже привыкла в последнее время), а чего так глаза к его лицу прилипли и все скользили и по лицу, и по всей фигуре, непонятно.
А наряд какой чудной оказался. Верхнее одеяние на длинный халат похоже, из чистого белого шелка с вышивкой золотой. Перчатки на руках белоснежные, а как одеяние распахнулось, под ним штаны черные обнаружились и тоже из шелка, но не шальвары, а такие, что плотно по ноге сидели. Прежде я подобных одежд не видывала. Мужской наряд или нет, а на короле очень даже смотрелось, плечи широкие красиво обтягивало и грудь мужскую подчеркивало. Видать, любил властитель поразить всех вещами диковинными.
