Вдохнула еще глубже, Тальраира за шею крепче обхватила и стала о черноволосом то ли маге, то ли вовсе полубоге вспоминать. Три раза я с ним облик меняла: и Миркой была, и фавориткой и в эльфийское тело возвращалась, а все одно — вызывал во мне ощущения удивительные, такие сильные, что целиком захватывали и разум мутили. С Тальраиром лишь одно тело бунтует, а там во всех обликах голова кругом шла. Может, взаправду мне понравился, как сам говорил? Ведь хоть у меня наружность разная, а внутри всегда я.
В этот миг эльф остановился, и пришлось отвлечься от размышлений и вокруг оглядеться. Диора тут же приметила, который сбоку подступился и у эльфа спрашивал:
— Снова природа предупреждает, Тальраир?
Я отклонилась подальше, чтобы удобнее было за губами следить и ответа не пропустить.
— Эта тревога не покидает леса здешние, а нам до поселения эдаларского как раз к вечеру дойти. Дальше до границы и вовсе рукой подать.
Диор нахмурился, обернулся к Тинару, тот сразу ближе подступил. Только сейчас заметила, как шел воин, низко склонившись, выискивая следы на земле. Ответ Тинара также по губам прочла:
— Здесь звери не проходили. Там, возле озера, их следы внезапно появились, как будто из ниоткуда всех разом перенесли.
— Их порталом переносили, так король сказал, — я тут же свое слово вставила, а диор на меня поглядел задумчиво-задумчиво, а после медленно, словно части разрозненные собирал, стал проговаривать:
— Портал, нацеленный на нас. У того, кто затеял охоту, похитил кольцо (раз отряд именно его выследил) и подчинил себе чердушей и тварей, был маячок. Его охота на нас, как и на отряд, это попытка сохранить в тайне существование таких созданий. Значит еще не готов выпустить этих существ, ему не нужно, чтобы о них узнали. В болотах наш след был потерян, но когда вышли к озеру, он смог отследить снова. Но откуда у него маячок? Что-то, наводящее на наш след, что-то родственное… Ты, Тинар! Ты был недообратившимся зверем, одним из них. Это вывело на нас.
— А в озере мы для них снова пропали, — подхватил Тальраир, — но больше маяка нет.
— Не совсем, — диор глаза опустил, посмотрел туда, где от укуса след неровный на коже виднелся, — Я для них ориентир, теперь я для вас опасность несу.
Вскинул голову, на нас глянул, на меня особенно пристально, и серебристые глаза будто потемнели.
— Идите дальше, до границы. Предупреждение шлите. Так шансов больше. Не по пути нам теперь.
Отвернулся, меч за спину в ножны закинул и пошагал вот так вот прочь, без долгих прощаний.
Эльф с воином замерли на секунду, а после Тинар следом за черноволосым шаг сделал, да Тальраир окликнул: "Решение он принял. Бесполезно все, не переменит. Я с дар Астелло немало уж общался".
Тинар загрустил, замер, обдумывая что-то, пытаясь решение найти, и тогда я с рук эльфийских рванулась.
— Тальраир, пусти. Пусти сейчас же! Куда одного отпускаете? Ни магии, ни силы против всех выстоять! Сгинет в чащах!
Эльф осторожно на землю опустил, и я за диором, среди деревьев уже затерявшимся, следом кинулась.
Насилу нагнала среди кустов густых, быстро шагал царедворец.
— Эртен, Эртен, погоди! — подскочила и на плече повисла, отдышаться пытаясь.
Скосил на меня глаза, отмолвил:
— Что тебе, заноза, неймется? То одного берешься опекать, то другого. С эльфом оставайся, так надежнее. А лучше с рук его не сходи, еще вернее будет.
— Фух, вы девку загоняли! — пропустила совет мимо ушей и ладонь к груди прижала. — И что за дурные такие? Все вас на подвиги тянет, а ты тут бегай по лесам да болотам.
Повернулся уже всем телом, руки сложил на груди, улыбнулся насмешливо:
— Косу вокруг головы оберни, чтобы удобнее бегать было, а то за куст зацепилась.
Глянула назад, точно, висит на ближайшем кусте змеища моя золотая. Дернула ее со всей силы и больно стало. Оторвать оторвала, да шибко грубо.
Закусила губу, а по макушке вдруг ладонь широкая прошлась, боль усмиряя. Нежно волосы растерпавшиеся пригладила.
— Не приучили тебя ласковей к себе относиться? То-то колешься постоянно, что и себя жалеть не научена?
— От жалости к себе проку мало. Ты вот сам шибко умеешь? Куда подался? Без лесной магии эльфийской в Северные чащи пошел? А без своей магии всех зверей решил грудью встретить?
— Для зверей меч имеется, — вновь усмехнулся, — а места и понадежнее открытых полян и озерных берегов есть, там защиту удобней держать.
— А ну не смей уходить! — ногой топнула. Вот же упрямый какой, верно Тальраир приметил. А потом вдруг осенило! К болотам возвращается, точно к болотам. Еще и ждать нападения там возьмется, чтобы зверье за собой в топи увести. Да только один из трясины не выберется. На погибель верную пошел. Блаженный!
