— Я не знаю, но, если судить по последнему покушению, всё сходится! Она не смогла убить нас собственноручно, поэтому отправила на «верхний ярус» города, где нас поджидали солдаты. Это она им сообщила о нашем прибытии. Избавилась, и стырила «Жемчужину»! А кто-то из матросов был её сообщником — тот, кто разряжал оружие к нужному времени!
Наверху шаркнула дверь. Офицер-стражник появился на пороге карцера.
— Что так долго? — прозвучало возмущённо и недовольно.
Я молчаливо сжала кулаки и прокляла красного мундира, объявившегося в самый знаковый момент. Воробей закатил глаза и цыкнул, после чего едва заметно качнул головой в сторону визитёра, мол, уходи, не вызывай подозрений. С огромной неохотой, но в то же время ликуя, я покинула карцер.
Дальнейшие дни пролетели в два счёта — заточение на «Августиниусе» не особенно огорчало, а после невероятной догадки с души свалился огромный камень. Пускай, теория не окончательно подтверждена, я устала копаться в догадках и решила верить в версию, которая казалась самой правдивой. Поэтому изо дня в день не уставала фантазировать, что скажу при первой встрече с Анжеликой и Барбоссой.
Такими темпами минуло полторы недели. За это время Джек так ни разу не показался на палубе. Видимо, служивые не утруждали себя выводить пирата на прогулку, поэтому тому пришлось обитать в «эконом-классе». Наносить частые визиты к пленнику было слишком рискованно, поэтому я ограничилась ещё двумя навещениями карцера по ночам. За эти короткие встречи мы полностью обговорили дальнейшие действия и теперь вели деловые переговоры со Стивенсом по строгому плану.
Когда долгое плавание мимо побережья Эспаньолы выпустило нас в открытое море, совсем скоро ожидаемая земля затеплилась на горизонте роем мерцающих огней. К Тортуге мы подошли в лиловых сумерках, когда суета утихла и сместилась к центру города. Знакомая гавань встречала «Августиниуса» беглыми отзвуками музыки и отдалёнными голосами пьяного застолья. В прошлый раз знакомство с островом не заладилось, поэтому очертания самой желанной для любого пирата бухты у меня вызывали лишь неприятный холодок воспоминаний. Как и предполагалось, «Августиниус» встал на окраине заводи. Когда за переборкой привычно задребезжала якорная цепь, а следом за ней вода взорвалась тучей брызг и волн, ударивших в борт, я покинула каюту. К поведению служивых матросов мне никак не удавалось привыкнуть: заходы в порт на военном корабле в корне отличались от пиратских. Вместо возбуждённого гудения голосов звучали отлаженные сухие приказы, вместо предвкушения веселья, что витало при заходе на Тортугу в прошлый раз — лишь насторожённость и напряжение. Впрочем, до солдат мне не было никакого дела, поэтому вниманием завладел город. Однако, долго любоваться застоявшейся водой и вставшими у причала бригами, не довелось. Едва взгляд скользнул по бухте, я забыла, как дышать, а обезумевший внутренний голос пропел «Да ладно?!». Уж чего-чего, а такой поворот событий был никак не ожидаем. Недолго думая, я сорвалась в карцер, но на пороге мне на плечо упала тяжёлая рука Стивенса.
— Нет нужды, мисс Оксана.
Я обернулась, не без возмущения стряхивая его ладонь.
— Почему это?
Стивенс медленно обернулся, указывая взглядом куда-то на мостик. Проследив за его взглядом, я заметила Воробья. Тот что-то увлечённо нашёптывал капитану Геральду, который, в свою очередь, то и дело раздражённо возводил очи к небу. Солнце садилось за их спинами, и его лучи слепили глаза, к великой досаде не позволяя разглядеть капитанских эмоций. А вот эмоции губернатора Нассау были на лицо, и, к слову, вызывали лёгкий ужас. Его глаза пылали ехидным огнём, а на губах проступила едкая ухмылка.
— Вот уж неожиданно, мистер Воробей, что утонувшая «Жемчужина» воскресла и снова на плаву, — съязвил он, чинно поднимаясь на капитанский мостик. Я последовала за ним.
— Согласен, неожиданно, — поддакнул Джекки, не без удивления поглядывая в сторону… пришвартовавшихся у причала «Чёрной Жемчужины» и «Мести королевы Анны». — Но ты же сам знаешь, как эти грязные пираты бессовестно врут, — пропел пират, с наивным видом склонив головку на бок и приправив кошачий взгляд невинной улыбочкой.
— Хочешь сказать, тебе солгали, что «Жемчужина» утонула? — ответом послужил подтверждающий кивок. — Не строй из себя идиота, Воробей! Я всегда знал, какой ты мошенник!
— Зачем же тогда верил словам этого мошенника?
— Потому что она, — палец губернатора нагло ткнул в мою сторону, — она это подтвердила! Спас вас обоих от заслуженной вами участи, и что я вижу? Наглую попытку солгать. Вы специально сказали, что «Жемчужина» утонула, потому что были уверены, что на Тортуге её быть не может, а вышло так, что она оказалась здесь!
