— Мерзкая девчонка! — прошипел Барбосса. Джек передал своего главного врага мне и вернулся к более важному занятию — суматошно завертел штурвал. Бушприт поворотил прочь от «Мести…», а я сошлась в битве с Барбоссой, о чём тут же пожалела. Такой враг был мне не подсилу — в совершенстве владеющий клинком, он то и дело наносил настолько каверзные удары, что я могла лишь отступать и натужно парировать их. В отличие от кого-либо он не был намерен щадить женщину — вёл свою партию жёстко и бился в полную силу.
Несколько пушек «Жемчужины» одновременно выплюнули ядра. Отдача встряхнула корабль, и меня занесло в сторону. Мир завертелся, по спине забили ступеньки трапа — и я распласталась у подножия грот мачты. Кто-то споткнулся о мои ноги и загремел носом в палубу. Причислив его к числу поверженных мной, я вскочила, лихорадочно оценивая ситуацию: к счастью, чаша весов склонялась в нашу сторону: сработал эффект неожиданности и скорость «Жемчужины». Перебитые враги заполонили палубу, и многие люди Барбоссы спешили перебраться на «Месть…», пока расстояние между судами не сильно увеличилось.
Мимо прокатилось ядро. Я, спотыкаясь, понеслась за ним как кошка за клубком, и подхватила у самого фальшборта. Над головой прогремело, и пушечный залп снёс фальшборт. Взрывной волной меня прижало к палубе. Пересиливая себя, я поднялась и рысцой поскакала к канонирам.
— Вот вам! — и запустила ядро в пушечное жерло. Едва оно скатилось вниз, Гренвилл поднёс пальник — фитиль зарделся, зашипел и огонёк в мгновение ока достиг основания фитиля. Я только и успела закрыть уши. Ядро проломило борт «Мести…» — корабль застонал и накренился, готовый признать поражение.
Приближающийся воинственный клич заставил меня обернуться. Я едва успела отпрыгнуть — несущийся на меня враг не успел остановиться и влетел в фальшборт, а я догнала его мощным пинком под зад — и он улетел в волны.
— Убирайся на свою трухлявую рухлядь уже! Не видишь, вы проиграли!
— Скорее пойду ко дну, чем уступлю тебе!
Я обернулась, находя взглядом заклятых врагов. Джек гнал Барбосу к борту. Штурвал был лишён рулевого, и бушприт «Жемчужины», получив полную свободу действий, снова пополз в сторону «Мести…».
— Э-э, нет! — я взлетела на мостик и впервые в жизни вцепилась в шершавое дерево рулевого колеса. Оно провернулось по велению моей руки — и к облегчению, столкновения удалось избежать: «Жемчужина» легла на прежний курс. На востоке светлело, что облегчило битву. Край солнечного диска выплыл из-за горизонта. Он подсветил расстояние между двумя парусниками — хочешь не хочешь его уже не пересечёшь на канате. Взгляд прошёлся по палубе. Не одного воинственно настроенного человека не попало в поле зрения. Враги сдались — все, кроме одного. Но и его сопротивление скоро прекратилось — Джек сделал подсечку ногой, и Барбосса, не удержавшись на протезе, завалился назад. Ему в горло взглянула сабля Воробья.
— Ты проиграл, приятель. — Джек засветился коварной усмешкой.
Гектор попытался встать — неуклюже, как перевернувшийся жук. Обезумевший взгляд серых глаз прошёлся по палубе «Жемчужины» и затормозил на оппоненте — он будто не мог поверить в возможность своего проигрыша.
— Посмотрим.
И он сиганул за борт. Я удивлённо моргнула, наблюдая, как макушка Барбоссы всплывает над водой, как неуклюже он дёргает деревянной ногой в волнах, и как ему на помощь устремляются двое матросов.
— Да-а! — дружно взревели над «Жемчужиной». В воздух полетели шляпы.
— Мы победили! — вскричала я, присоединяясь к общему ликованию.
— Не думаю. Он не отстанет, — качнул головой Джек. — Забыла про их главное оружие?
Меня прошибла дрожь. Мысль о том, что едва «Месть…» повернётся к нам носом, в «Жемчужину» прилетят огромные снопы греческого огня, повергла в ужас.
— По местам! Ничего ещё не закончено! — объявил Джек, разворачиваясь и хватаясь за штурвал. По палубе снова забегали.
Взгляд заскользил по округе, пытаясь найти зацепку, ухватиться за что-то важное. «Месть королевы Анны» разворачивалась. Ветер доносил отголоски приказов, и их манера оставляла нам желать лучшего. Взгляд коснулся белого пятнышка невдалеке. Я подалась вперёд: восходящее солнце золотило волны, вспенивающиеся около отмели. Белёсая полоса песка просматривалась сквозь нежную морскую лазурь, и волны, встречая на своём пути такую преграду, подпрыгивали ввысь и рассыпались множеством пенных брызг, переливающихся золотом на фоне зари. Посередине песчаной косы виднелся провал — кажется, достаточно широкий, чтобы мог проскочить фрегат.
— Джек, там отмель! — я дёрнула капитана за рукав и указала за борт. Воробей устремил сосредоточенный взгляд по направлению моей руки.
— «Месть королевы Анны» крупнее, чем «Чёрная Жемчужина», значит и осадка у неё больше, — пожал плечами Гиббс, стоящий за плечом своего капитана. — Может, сумеем проскочить.
— Можем попробовать загнать их на мель. Что скажешь, Джек?
Воробей потёр рукоять штурвала, крепче хватаясь за него. Решительный взгляд приправился столь же решительным голосом:
— По местам, живо! Курс на отмель!
