— Не знаешь, — Джек покачал головой. Наблюдать за мной для него было разве что забавно. В ответ на мой вопросительный взгляд он раздвинул листья каких-то высоких растений и кивнул: — Потому что мы уже пришли. Но раз говоришь, карт-бланш… не буду тебя заставлять, можешь идти по своим делам.
Я мигом оказалась рядом с ним. В обрамлении широких листьев тропического папоротника бликовала светло-бирюзовая гладь моря, над которой нависал каменный утёс, выпяченный как язык дерзкого мальчишки. День был в самом разгаре. Внизу извивалась лента золотого песка, огибавшая вдающийся в сушу небольшой залив. На пляже через каждые пять метров чернели обломки деревянных конструкций, будто какой-то великан рассыпал их, как семечки. Вероятно, когда-то непостижимо давно, в этой уютной гавани крылся порт, но жители решили переметнуться в более удобную для причала бухту. А может, собственный залив когда-то обустроили себе контрабандисты или пираты. Теперь же от былой пристани остались лишь разбросанные волнами обломки и обломанный рыболовный мостик, что одиноко торчал над водой. На язык просился вопрос о том, что нас привело в старую гавань, но опережая мои мысли, из-за крутого соседнего сочно-зелёного холма, о который разбивались гребни волн, выглянул острый бушприт, а за ним гордо натянутый чёрный парус. «Жемчужина» заходила в бухту неспешно, лениво и величаво как король среди подданных. Полотна парусины подтягивались к реям, готовясь к остановке. Фигурки пиратов на палубе суетились, и отзвуки команд долетали до слуха. Причина прибытия корабля и нас в этот заброшенный уголок была ясна. Джек всё предусмотрел — и возможные погони, и немалую заметность судна-о-черных-парусах в столь защищённом городе, поэтому было приказано уйти в секретную бухту, где не стоит опасаться появления незваных гостей. Якорь разбил хрустальную гладь воды на множество брызг, от чего я инстинктивно поморщилась, корпус корабля качнулся и выровнялся. Зрелище было настолько великолепно, что дух захватывало — не залюбоваться было невозможно. Стало ясно, почему Джек так любит и дорожит «Жемчужиной» — корабль действительно прекрасен. Интересно, каково это — быть капитаном этой красоты, владеть такой махиной и иметь права распоряжаться ей как угодно? Уж точно не просто. Как минимум, надо знать морское дело и географию до мельчайшей капли, быть великолепным организатором, стратегом и уметь убедить людей идти за тобой. Всё-таки это не только удовольствие и «свет софитов», как выразились бы в нашем времени, но и огромная ответственность. А иногда, вероятно, и бремя.
— Так значит, знаешь, как достать дневник? — певучий голос Джека вывел из прострации. Утихнувшие было звуки мира снова хлынули в сознание и вернули в реальность. Я хлопнула глазами и стремительно развернулась к Джеку. Коварная улыбка расползалась по лицу и вновь подняла самооценку. Неподдельный интерес и ожидание ответа окрасили пиратское лицо авантюрной улыбкой. Знать, что эта заинтересованность вызвана моими словами было сродни счастью. Джек наконец-то смотрел на меня, как на человека, помощь которого может очень подсобить, а не как бессмысленный предмет мебели.
— Знаю.
Едва ступив на борт «Жемчужины», мы с Джеком рванули в капитанскую каюту, сославшись на очень важное дело. Гиббсу, который встретил нас, как только мы перелезли через борт, было обещано рассказать обо всём позже. Тимми, который было обеспокоился моим непривычно чумазым видом, был отправлен ожидать рассказа вместе со старпомом.
В каюте на «Чёрной Жемчужине» было прохладнее, чем снаружи. Солнце светило с другой стороны и не раскалило деревянный стол, за котором мы сидели, обсуждая подробности. Джек плеснул ром в кружку и заботливо протянул. Но даже несмотря на россказни о том, что помогает сосредоточиться, я ответила решительным отказом. Джек слушал меня внимательно, в раздумьях поскребывая подбородок. Мне же важнее всего было изложить мысли как можно убедительнее и серьёзнее аргументировать. Назвать несколько причин, почему мы должны поступить именно так, и внешним спокойствием убедить Джека в хорошем исходе предложенного предприятия.
— … Так что завтра в одиннадцать вечера корабль Кристиана Стивенса прибудет в Нассау. И это — отличная возможность застать его почти наедине, — произнесла я. Взгляд Джека просветлел. Он стукнул кружкой по столу и наклонился чуть ближе:
— Ты предлагаешь…
— Да, — я пристукнула по столешнице и наслаждённо развалилась на стуле. — Ему нужно будет добраться от города до дома. Значит, он с прислугой будет идти, или, что вероятнее, ехать в карете по дороге, что проложена через лес. Это отличный шанс застать его врасплох. Только представь, уставший губернатор, слуги уставшие, потеря бдительности… а кругом лес и тёмная ночь, — я жадно оскалилась. Непривычно. По-пиратски. Но и без дальнейших объяснений капитан Воробей уловил мысль и наверняка в мгновение ока придумал решение всем недочётам. Довольство и некая гордость отпечатались на загорелом лице. Джек откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.
