Джек плавно повернул голову к Тиму, а его рот так и остался открытым. Парусный мастер моргнул и кивнул Воробью, мол, не переживай, справлюсь. Я даже сгорбилась, представляя последующие язвительные комментарии и строгий запрет напоминать о своём присутствии, однако мистер Моретти почтительно склонил голову и кратко ответил:
— Si, sono d’accordo.
Джек не был сведущ в итальянском, или, по крайней мере, понимал далеко не всё, однако последняя фраза была ему ясна — пират шумно выпустил воздух через ноздри, исподлобья глянул на Тима, после чего медленно откинулся на спинку стула, выдавил натянутую улыбку и указал на парусного мастера, мол, пускай продолжает.
Тим заговорил — деловито и бесстрастно. Каждое слово лёгким эхом отражалась от кафельного потолка, рикошетило от стен, как в метро. Моретти отвечал редко, но во все подробности вслушивался тщательно и внимательно, постукивая ногтем по ножке бокала. Его глаза не подсветились никакими эмоциями на протяжении почти всего разговора, разве что пару раз он добавлял вина в бокал. Однако, в какой-то момент с его стороны прозвучала слишком громкая и даже грубая реплика, и я озадаченно уставилась на указательный палец, коим показывал на меня хозяин поместья. Тим побледнел, как восковая фигура, под столом его руки сжались в кулаки, но лицо осталось сдержанно спокойным. В то время как Джек поперхнулся смешком и адресовал матросу взгляд из разряда «Ну? Как ты теперь планируешь выкручиваться?». Я заёрзала на стуле. Ужасно неловко было ощущать себя единственным человеком «не в теме». Когда речь пошла обо мне — а в этом не возникло сомнений — плохое предчувствие сжало нутро ледяными тисками. Никогда подобный переход от темы к теме не доводил до добра, в особенности для того, кто является предметом обсуждения.
Тим завозмущался, ударил кулаком по столу, но не дождался ответной реакции со стороны Орландо Моретти. Тот лишь повторил, зачем-то пронзительно просверливая меня взглядом:
— La mia risposta non cambierà. Mi darai questa donna o non avrai niente.
Повисло молчание — такое напряжённое, что слышно было, как жужжит муха, наворачивающая круги над нашими головами. Я собралась с духом и призвала все свои силы, чтобы рискнуть задать вопрос, хотя ответ на него уже предполагался. Пока Орландо и Тим злобно играли в гляделки, а Джек вальяжно раскинулся на стуле, наблюдая за ними как зритель интересного спектакля, назойливая муха опустилась на стол прямо передо мной. Я нарочито громко шибанула по ней кулаком, привлекая внимание всех парламентёров, и поднялась.
— Может, посвятите меня в курс дела? Или никто не собирается считаться с моим мнением — когда разговор идёт о мне?
Воробей ухмыльнулся и вперил взгляд в Тима, с забавой наблюдая, как тот мнётся и словно бы размышляет, как правильнее преподнести результаты переговоров.
— Оксана, я не знаю, как такое могло… Пойми, я пытался предложить другой вариант…
— Тим?
— Ты не подумай ничего дурного. Я сказал «нет», но…
— Тим?!
— Он непреклонен…
— Тим!!!
— Взамен на координаты он попросил отдать тебя. В жёны.
Я поперхнулась воздухом. Взгляд метнулся по пиратским лицам, избегая Моретти. Сколько я не пыталась разглядеть искорки смеха в их глазах, сколько ни ждала этого пресловутого детского «Шутка! Можешь расслабиться», оба моих спутника оставались крайне невозмутимы. Я неестественно осела на стул и проглотила комок в горле.
— Вы… Вы что? Вы ненормальные?! — дар речи снова вернулся ко мне. — Я похожа предмет для торгов, по-вашему?! Вы совсем сдурели?
— Не я, во всяком случае, — съязвил Воробей, насмешливо глянув на собрата-пирата. Я повторила траекторию его взгляда и ещё раз пришибла кулаком уже размазанную по столешнице муху.
— Тим? Не хочешь ничего объяснить?
— Что же вы недовольны, мисс? Я обещаю вам достаток и свою любовь, — по мне прошёлся сальный взгляд престарелого итальянца. В поисках поддержки, уверенного взгляда, спокойной улыбки, я обернулась к Джеку. Тот закинул ногу на ногу и, блеснув искромётной нахальной усмешкой повернул голову к Моретти, хотя взглядом по-прежнему соприкасался со мной. И выговорил — медленно, тщательно пережёвывая каждое слово:
— По рукам. На этих условиях и сойдёмся.
Я подпрыгнула на месте и с диким безумством наблюдала, как Джек и подобревший итальянец жмут друг другу руки.
— Д-джек? — голос сел и прерывался. — Ты ш-шутишь? — Воробей, саркастично ухмыльнулся в усы и сверкнул бездонными очами.
— Око за око. Реванш за реванш.
Через мгновение пират уже оказался у моего стула и с лёгкостью пушинки подхватил на руки онемевшее тело, которое словно бы больше не принадлежало мне. Не успело пройти и нескольких секунд, как мы оказались с другой стороны стола, а мистер Моретти по-хозяйски медленно поднялся со стула прямо перед нами. Оказавшись так близко к ненавистному итальянцу, я вышла из прострации и тут же забарабанила по Джековой руке, но тот лишь поудобнее перехватил меня.
— Ты что? Сдурел? Пусти меня!
