Проводив москвича, Сошников включил электрический чайник, залил кипяток в граненый стакан с пакетиком на нитке, добавил ломтик лимона и один кусочек сахара. Потом частный детектив стал пить чай и обдумывать новое задание. О трагедии в башне на Почтовой улице он узнал из городских теленовостей, в кратком сообщении ведущего не прозвучало ничего определенного. Погиб молодой популярный артист, причиной смерти явилось огнестрельное ранение. Сергей Леонидович был уверен, что полиция будет работать по нескольким версиям, и лишь время покажет, какая из них окажется верной. Или же следствие зайдет в тупик. Но столичному журналисту и не нужно раскрытие преступления, если Заварзина все-таки убили, ему нужен текст для публикации, с любыми предположениями или догадками. Что же, придется поговорить со старыми знакомыми из уголовного розыска, может быть, и самому поучаствовать в расследовании.
Основным направлением деятельности Сошникова в агентстве был поиск пропавших людей. К сожалению, такие задачи появлялись постоянно, для их решения приходилось взаимодействовать и с полицией, и с волонтерами, беседовать с десятками родственников и знакомых разыскиваемых, отправляться в ближние и дальние поездки, порой спать всего четыре-пять часов в сутки. Но частный детектив рассматривал свою нынешнюю работу как особую миссию, на него надеялись, в него верили, и это доверие клиентов Сошников старался оправдать.
Новый заказ, хотя и хорошо оплачиваемый, выглядел по-иному. Конечно, Сергею Леонидовичу было жаль молодого артиста, но особой симпатии к Заварзину он не испытывал. С большой вероятностью тот действительно покончил жизнь самоубийством под влиянием краха своих творческих планов и под воздействием обильной порции алкоголя. Сошников, слушая иногда интервью с некоторыми современными исполнителями романтических и героических ролей, отмечал существенное отличие реальных характеров актеров от представляемых ими на экране и сцене героев. Впрочем, наверное, так было и во времена его молодости, только не столь бросалось в глаза. В одном Сергей Леонидович был убежден: многие люди творческих профессий легкоранимы, подвержены рефлексии, находятся в постоянных сомнениях, поисках, самокопании.
А каким человеком в жизни был покойный Заварзин? Пока что детектив не мог ответить на этот важный вопрос. Сошников, исходя из опыта своей прежней службы, никогда не рассматривал людей только в черных и белых тонах. Любая новая личность, социально-психологический портрет которой требовалось нарисовать в интересах расследования, поначалу выглядела лишь бледным силуэтом, чем-то скрытым в тумане, неясным, неопределенным. И лишь по мере накопления сведений из разных источников туман этот рассеивался и образ из плоского и бесцветного становился трехмерным и насыщенным яркими красками. Сработает ли такой подход в случае с покойным артистом, или он так и останется неопознанным и непонятым?
Так или иначе, Сергей Леонидович, как профессионал, намеревался предпринять все необходимые шаги, чтобы выяснить истинную причину гибели Максима Заварзина.
Майор Сергеев встретил частного детектива приветливо, после крепкого рукопожатия сказал, улыбнувшись:
— Помня ваше участие в прошлогодней операции, связанной с поиском убийц профессора Свиридова и похитителей его аспирантки, думаю, и сегодня вы ко мне пришли не просто так.
— Вы угадали, Александр Александрович, — подтвердил Сошников, — новый клиент подключил меня к своему журналистскому расследованию обстоятельств смерти актера Максима Заварзина.
— Журналистское расследование, надо же, — с сарказмом проговорил начальник убойного отдела, — делать ему больше нечего, что ли? Он что, репортер уголовной хроники?
— Нет, он работает в столичном издании «Экран и сцена», готовит статью о покойном. И в этой связи хочет изложить версии гибели Заварзина.
— И вы хотите объединить наши усилия?
— Если вы не против.
— Да нет, я всегда готов к взаимовыгодному сотрудничеству. Но вашему заказчику могу предоставить только ту информацию, которую готовит для общественности пресс-центр городского УВД. Что же вы с ним успели накопать?
— Копал пока Эдуард, я лишь анализировал. Сейчас расскажу все, что знаю, надеюсь услышать ваши комментарии.
Сергеев слушал, иногда усмехаясь, иногда кивая, а потом заговорил сам:
