— А женщины не-коллеги у него были? — неожиданно спросил Тихон.
— Были, — уверенно ответила Ольга Петровна. — С последней я даже знакома. Полгода назад у меня был юбилей, на который Всеволод пришел с дамой. Ее зовут Зарина. Я родом из Ташкента, моя семья уехала, когда Союз развалился. Мы с Зариной нашли общих знакомых. И вообще друг другу понравились. Перезванивались. Она очень переживала смерть Всеволода. Потом она звонить перестала. Я набрала ее пару раз, но телефон был отключен.
— Она перестала звонить, потому что умерла, — объяснил Тихон. — У нее было больное сердце.
Пошел дождь. Редкие крупные капли падали на листья яблони.
— Осенью они казались такими счастливыми, — вздохнула женщина. — А теперь обоих нет… Судьба несправедлива.
— Несправедлива, — подтвердил Тихон.
— Лика звонила, чтобы узнать, сколько стоит бриллиантовое кольцо. У меня есть знакомый ювелир. Я дала ей телефон ювелира.
— Я не видел у Лики дорогих украшений, — удивился Тихон. — Таких, чтобы специально интересоваться их стоимостью.
Капли дождя падали на подоконник, брызгами растекались по стеклу окна.
— Я почему-то подумала тогда, что речь идет о кольце Зарины. Всеволод подарил ей кольцо с огромным бриллиантом. Зарина жаловалась, что стесняется носить такое дорогое кольцо. Камень действительно впечатляющий. Господи, они были такими счастливыми!..
— Ольга Петровна, если у меня возникнут вопросы, я вам позвоню, можно?
— Конечно. Звоните, даже если вопросов не будет. Мне очень жаль Лику. У нее не было счастливого детства. Когда ребенок боится, что отец в любой момент может жениться, это ужасно. Если у нее и были счастливые годы, то только с вами. Ей бы еще жить и жить…
С ним у Лики не было счастливых лет. Она знала, что совсем ему неинтересна.
Тихон подержал телефон в руке, вспомнил, что ничего не узнал о родственниках, но перезванивать не стал. Отправился в спальню, достал деревянную шкатулку, в которой Лика хранила украшения, и принялся перебирать содержимое.
Украшений было много, и все они слова доброго не стоили. Что-то наверняка досталось Лике от матери и бабушки, что-то дарил ей отец. Два кольца были с бриллиантами, их Тихон не подарил бы любимой женщине, даже если бы ему за это приплатили.
Кольца, ценой которого стоило бы поинтересоваться, в шкатулке не было.
Тихон вышел на веранду, закурил.
Они с Ликой нашли тестя мертвым в кабинете. Тихон тогда заставил жену спуститься вниз, набрал 112.
Телефон тестя лежал на кухонном столе. Больше на нем ничего не было, только в мойке стояли грязные чашки. Тихон налил Лике минералки и пустой стакан поставил между чашками.
Куда потом делся телефон, он не помнил.
Тихон загасил почти целую сигарету, вернулся в кабинет, принялся выдвигать ящики письменного стола.
Телефон он нашел среди папок с бумагами. Наверное, его положила сюда Лика.
Зарядное устройство искать не стал, подключил к сети через собственный провод.
Через несколько секунд аппарат заработал. В электронной галерее тестя было множество фотографий, и на всех них запечатлена худенькая женщина с тонким лицом.
На одном из последних снимков женщина сидела в компьютерном кресле тестя, повернувшись к камере вполоборота. Она улыбалась, закинув левую руку за голову. Правая лежала на подлокотнике. На безымянном пальце было хорошо видно кольцо.
Почти без оправы. Большой камень в ней не нуждался.
Тихон понятия не имел, сколько оно могло стоить, но догадывался, что недешево.
Он закурил, не дойдя до веранды. Лики больше нет, можно курить дома, на него никто не посмотрит с веселой укоризной.
Быстрый летний дождь уже кончился. Туча бледнела на глазах.
Капли падали с листьев, сверкали на вновь засиявшем солнце мелкими искрами.
— Кать, у тебя телефон звонит! — крикнул из дома Миша.
Катя прислушалась, побежала на второй этаж. Телефон лежал в спальне на тумбочке. Когда она взяла его в руки, звонки прекратились, но телефон тут же ожил снова. Номер на экране был незнакомый.
Школьная подруга Лера Филиппова много раз предупреждала Катю, что отвечать на незнакомые вызовы нужно с большой осторожностью. А лучше вообще не отвечать. Телефонное мошенничество приобрело сейчас катастрофические масштабы.
— Алло, — вздохнув, ответила Катя.
— Катя? — спросила трубка.
Лера объясняла, что никогда нельзя говорить «да» незнакомому абоненту. Преступники могут использовать запись голоса в своих мошеннических схемах. Уведут все твои сбережения, пугала Лера, и ничего потом не докажешь.
Трубка Катиного «да» дожидаться не стала, представилась:
— Это Павел Ермаков. Узнал твой номер у мамы.
— Да, Павел Викторыч, — удивилась Катя.
Раньше Павел иногда наведывался к родителям. Но это было давно. В прошлом году она поздоровалась с ним на улице, когда он шел к Терехиным. Павел тогда вежливо ответил, но Катя не была уверена, что он ее узнал. Еще видела его на похоронах Всеволода Сергеевича и Лики, но там они ничего друг другу не сказали.
— Мне хочется с тобой поговорить. Ты сейчас в Москве?
— На даче.
— Прогуляйся со мной, — попросил Павел.
— С удовольствием, — глупо ответила Катя.
