– Кто угодно, даже твоя Анжела, – предположил Мельников.
– При чем здесь Анжела! – возмутилась Татьяна.
– Кто такая эта ваша Анжела? – спросил Андрей.
– Анжела – наша соседка. Моя подруга, – с вызовом ответила Татьяна.
– Собутыльница она твоя, а не подруга, – заметил Мельников.
– Как ты можешь так говорить! – возмутилась Татьяна.
– Ладно, у нас мало времени, – сказал Андрей. – Пререкаться друг с другом будете, когда я уйду. А сейчас очень вас прошу, внимательно выслушайте меня и запомните, что вы должны будете делать завтра.
– Хорошо, – кивнул Мельников. – Я, то есть мы с Татьяной, внимательно слушаем.
И в этот момент у Татьяны зазвонил мобильный.
– Але, – ответила она, еще не взглянув, кто звонит.
– Это я, Анжела, – сказала соседка, к удивлению Татьяны вполне членораздельно выговаривая слова.
– Да, я слушаю, – ответила Татьяна и, подняв глаза, накололась на пронизывающий, острый взгляд их незваного гостя.
Андрей поднес палец к губам и насупился.
– Анжела, ты прости. Я не могу говорить. У нас тут гости… – принялась оправдываться Татьяна.
– Да, я видела, что к вам приехали, – сказала Анжела. – Только никак не пойму, кто бы это мог быть. Машина какая-то незнакомая.
– Это к мужу, – сказала Татьяна и поднесла палец к кнопке отключения.
Но Анжела поспешила задеть ее за живое:
– Да, а как дочка? Ты же так и не рассказала как и что. Надо там операцию делать или нет?..
– Надо, сейчас как раз мы это решаем…
– С кем?! – заинтересовалась Анжела.
– Неважно. Я потом тебе перезвоню…
– Я тебя просила узнать, в каком крематории будут кремировать Рубинштейна, – поспешила напомнить Анжела. – Ты, кстати, до Лизы не дозвонилась?
– Нет… А насчет крематория я тебе позже перезвоню…
– Ты, надеюсь, пойдешь со мной? – продолжала разговор Анжела.
– Не знаю… я еще не знаю… навряд ли. Я, когда буду знать точно, тебе перезвоню…
Возможно, Анжела и не услышала последних слов, потому что Андрей выхватил у Татьяны телефон и отключил его.
Потом, ничего не говоря, поводил «мобильником» по комнате.
Покачав головой, он сказал:
– Татьяна, я же вас предупредил…
– Но это же Анжела. И я ей ничего не говорила… Она спрашивала про дочку. Нужно ли операцию ей делать…
– А когда ты ей успела разболтать про операцию?! – возмутился муж.
– Я вообще-то ей ни про какую операцию не говорила… – растерянно промолвила Татьяна. – Или, может быть, это случилось, когда мы выпили…
– Еще раз предупреждаю, – покачал головой Андрей, – никому, слышите, ни одной живой душе не говорите о нашей встрече. Понятно?
– Понятно, – кивнула Татьяна.
– А сейчас о главном, – продолжил Андрей. – Вас завтра убьют.
– Не понял… – опешил Мельников.
– Кто вам такое сказал?! – возмутилась Татьяна. – Мельников, кто это такой?! Почему он здесь распоряжается?!
– Да заткнись ты! – вдруг вызверился Мельников на Татьяну. До него, очевидно, начал доходить смысл того, что сказал Андрей.
Татьяна обиженно поджала губки и хотела уйти, но Андрей схватил ее за руку.
– По какому праву?! – опять взвилась Татьяна. – Мельников, какого черта он меня лапает?!
– Татьяна, я тебе уже сказал, что этого человека рекомендовал Павел Петрович… – попытался унять ее Мельников.
– Ах, Павел Петрович?!.. – воскликнула Татьяна и уселась на диван. – Ну, если его рекомендовал Павел Петрович, то я вся внимание!
Когда они жили в Малайзии, где все вокруг чужие, не понимающие тебя не только из-за языкового барьера, но и в принципе не понимающие и не принимающие тебя люди, русский сосед был настоящим подарком судьбы. Седовласый, всегда подтянутый, Павел Петрович носил исключительно светлые костюмы, опирался на деревянную трость с резным набалдашником в виде головы какого-то экзотического зверя, много курил и почти ничего о себе не рассказывал.
Поскольку Павел Петрович приноровился приходить к ним не только на чай, но и на воскресные обеды, Татьяна пару раз попыталась его разговорить, разузнать о его семье, о том, зачем его занесло в эти края. Но он, неустанно осыпая ее комплиментами, как-то очень ловко уходил от ответов.
В конце концов Татьяна однажды сказала Мельникову, который, как она поняла, с Павлом Петровичем общался гораздо чаще и даже имел с ним какие-то общие дела:
– Этот твой Павел Петрович – или беглый зэк, или разведчик.
Мельников тогда только покачал головой. И вот тебе на, опять Павел Петрович, и предупреждение ни больше ни меньше, как о покушении.
Андрею, которого, как утверждает Мельников, как раз и рекомендовал Павел Петрович, такие всплески эмоций явно не понравились. Он окинул Татьяну скептическим взглядом и сказал, переходя на «ты»:
– Не ерничай!
– Что?! – опять подхватилась с места Татьяна, но тут ее взял за плечо и усадил на место Мельников.
– Да сядь ты! Здесь дело очень серьезное.
– Ну ладно! Валяйте… – сказала Татьяна, откинувшись на спинку дивана.
– Все, успокоились, – строго сказал Андрей. – Итак, начнем сначала. Сегодня утром вы с дочерью ездили к врачу, не так ли?
– Да, ездили, ну и что? – все еще с вызовом подтвердила Татьяна.
– И доктор сказал, что у ребенка серьезная болезнь и требуется срочная операция…
– Допустим, – кивнула Татьяна.
