Маркус молчал, он был поражен, как она спокойно об этом говорила. Он знал, что это такое. Однажды травма голени чуть не стоила ему карьеры. Все обошлось, но что с ним творилось, когда он не мог ходить. Это была агония, дикое разочарование и злость от того, что он бессилен что –либо сделать. Очень тяжело собрать себя после такого и перестроится на что-то новое. Не каждый способен на это. Ей повезло, она была еще маленькой – так легче. И все же она – сильная девочка.
– Видимо, зверь в гостиной все это время ждал тебя, -с улыбкой заметил он, решив развеять флер грусти.
– Ты позволишь? – радостно встрепенулась она.
– Спрашиваешь еще? Я настаиваю!
Они поднялись из-за стола и направились в гостиную.
Аня неуверенно открыла крышку, осторожно коснулась клавиш, словно знакомясь с ними, а потом ее взгляд остановился на его лице, и она заиграла. Нежно, и в то же время, чувственно, проникновенно. Его сердце замирало от каждого аккорда. Она играла для него, только для него. Музыка завораживала, унося их в другой мир, в их мир. У Маркуса все внутри переворачивалось, глядя, с каким чувством она это делает. Сколько же в ней было страсти в это мгновение, сколько чувств. Он не дышал, когда прозвучала последняя нота. Состояние было такое, что дух захватывало. Он продолжал смотреть ей в глаза, словно гипнотизируя, а она и не пыталась отвести взгляд. Маркус медленно подошел, обхватил ладонями ее лицо, аккуратно стирая большими пальцами слезы с ее щек.
– Спасибо! – прошептал, наклоняясь к ее губам, осторожно пробуя их на вкус, будто спрашивая разрешения.
Маркус хотел нежностью стереть из ее памяти мерзость, в которую он ее окунул, превращая половой акт в нечно унизительное, пошлое и грубое. Он будет просить прощения так, как умеет. Это будет ее ночь.
Он скользил по ее губам нежно и медленно, но ей было мало. Она притянула его сильнее, страстно отвечая на поцелуй, открываясь ему, впуская его язык, втягивая в себя и увлекая в чувственный танец, где их языки сплетались и снова расходились, заставляя тела гореть. Подхватив девушку на руки, он опустил ее на рояль, который издал нестройные звуки. Осторожно раздвинул ее ноги, медленно поглаживая их и, снова поцеловал ее пухлые губы, в то время как руки нежно ласкали стройное тело. Желание пульсировало в каждой клетке, но Маркус контролировал его, сдерживаясь. Только когда распахнул полы ее халатика, разум покинул его. Аня была невероятно сексуальна в черных кружевных трусиках на белом рояле. Он нежно ласкал ее, целуя, гладя, проводя языком по ее бархатистой коже. Аня чувственно выгибалась под его ласками, опускаясь всем телом на холодный инструмент. Ее ноги легонько касались клавиш, извлекая звуки. Маркус, не спеша, подхватил ее ножку и медленно поцеловал каждый пальчик, присоединяя к губам язык. Аня зачарованно смотрела на него, ее щеки пылали от возбуждения и смущения, но она не сопротивлялась. Не разрывая зрительный контакт, он продвигался все выше и выше, возбуждаясь все больше и больше. Руки ласкали ее грудь, вызывая у девушки дрожь и тихие стоны. Он с упоением целовал внутреннюю сторону ее бедра, пробираясь выше.
– Не надо, – прошептала она хриплым голосом, когда он подобрался к заветному местечку.
– Шш, тебе понравится, – так же хрипло ответил он, целуя ее через трусики.
Он не делал этого ни одной женщине. Не возникало желание, да и еще бы он шалав всяких вылизывал. С ней же не хотелось никаких границ, хотелось узнать, какая на вкус, доставить ей невероятное наслаждение.
Его язык прошелся по черному кружеву, которое уже было влажное, недолго думая, он сдвинул его и коснулся ее губами, а затем языком, слизывая вкус ее желания: такого острого, пряного. Ее лихорадочно гладили его лицо, волосы, а когда, его язык проник в нее, вцепились в них, вызывая боль, отрезвляя. Маркус не останавливался, наращивал темп, помогая себе, лаская ее пальцами. Она была такой горячей внутри, такой бархатистой и влажной, он с ума сходил от ее запаха и вкуса. Они постанывали, рояль вторил им. Аня, как дикая извивалась, пока ее тело не задрожало, прогибаясь дугой, и девушка не закричала от экстаза. Он, наверное, и сам бы кончил от такого, но боль от ее пальчиков, крепко вцепившихся в его волосы, была ощутимой. Маркус оторвался от нее и посмотрел, Аня до сих пор дрожала. Он приблизился и поцеловал ее в губы, врываясь в ее рот языком.
– Ты пахнешь… – смущенно прошептала она.
– Тобой. Чувствуешь, какая ты у меня сладкая? – насмешливо прошептал он и подхватил ее на руки, чтобы отнести в спальню. Аня еще сильнее смутилась и уткнулась ему в шею. Маркус довольно усмехнулся и уложил ее на кровать, а потом лег рядом, крепко прижимая к себе. Было хорошо, даже несмотря на дискомфорт в штанах.
– Спасибо, – тихо сказала она и поцеловала его.
– Спи, малышка, – ответил он, закрывая глаза, боясь разрушить эту хрупкую атмосферу взаимопонимания.
Аня медленно открывала глаза, чувствуя, как улыбка озаряет лицо. Хотелось танцевать, смеяться, петь. Сев, она прикрыла грудь простыней, оглядываясь вокруг.
