- У нее карма обрывается - я это вижу. Она уже труп, только душа ее еще полощется зачем-то в умирающем, гниющем теле.
- Какие странные вещи ты говоришь, - пробормотала я.
- Ничего странного - обычная истина, проза жизни, - усмехнулась она, стряхивая пепел на ковер. - Я считаю, кстати, что не существует непреложных, вечных истин. Люди сами придумывают их для себя и живут по ним, не напрягаясь. Поэтому у каждого истина своя. - Она вдруг пронзила меня своим черным взглядом. - А ты ее подруга?
- Да, подруга, - я сделала вид, что расстроена, чтобы не краснеть за прошлую ложь. - Мы с ней в Интернете познакомились, однажды даже встречались, она свою фотку мне оставила. Ни телефона, ни адреса не сказала. Потом как-то разбежались, делами занялись, а тут вдруг выясняется, что ее нет. Да еще видения твои...
- А ты где работаешь, учишься?
Мне было не по себе под ее взглядом, но я хотела вытянуть из нее побольше информации, поэтому терпела.
- Работаю секретаршей в мелкой фирме. А ты?
- А я нигде не работаю. Зачем? - Она усмехнулась и обвела взглядом богатые хоромы. - У меня и так все есть. Кроме счастья, как ты понимаешь.
- Да ладно тебе, найдешь еще свое счастье. Гуляет где-то небось, тебя поджидает.
- Сомневаюсь, - Лаура задумалась, уставив взгляд в камин, и мне стало полегче.
- Слушай, а ты не можешь еще разок поднапрячься? - осторожно поинтересовалась я.
- А что такое? - вскинулась она.
- Ну, может, получится узнать, где Маньячка находится? Я имею в виду, в каком городе или конкретном месте Москвы...
- Это можно, - неожиданно легко согласилась она. - Только мне карта нужна. Я однажды так пробовала искать, когда у нас Трезор потерялся.
- Трезор?
- Да, собака наша, ротвейлер. Ты только никому не говори,ладно?
- О чем, о собаке? - удивилась я.
- Нет, просто я тебе одну вещь скажу по секрету. Никому раньше не говорила.
- Ну...
Лаура опустила глаза, вздохнула как-то судорожно и выпалила:
- Он мой первый любовник!
-Кто?
- Да Трезор же, глупая! - Девушка раскраснелась, глаза ее заблестели от возбуждения. - Трахалась я с ним, прямо здесь, в этой вот комнате, перед этим камином! У меня ведь парней не было, все стороной обходили, так я всем назло с собакой решила. И ничего, мне понравилось, знаешь... - Она вдруг резко погрустнела. - Правда, отец, когда узнал об этом, пристрелил его...
Я сидела, совершенно ошарашенная, смотрела на нее и не могла вымолвить ни слова. В принципе, конечно, могут быть у молодых девушек сексуальные проблемы, даже и у меня они были и есть, но чтобы разрешать их таким странным способом - это было выше моего понимания! Как ни старалась, не могла представить себе Лауру и собаку... И что-то отвратительное, очень какое-то неприятное чувство, доводящее меня почти до тошноты, стало появляться в моей душе к этой несчастной, по сути, девчонке-медиуму. Даже несмотря на то, что она помогла мне прояснить ситуацию с Маньячкой.
- Он как-то вернулся домой, - горящими глазами глядя в камин, продолжала Лаура, испытывая при этом, судя по всему, какое-то извращенное удовольствие, - а Трезор на мне как раз. Вот здесь прямо, перед креслами. Я голая... Кошмар, правда? Отец сразу за пистолет и всю обойму в него всадил, в бедненького. - Она криво усмехнулась. - Потом, когда в себя пришел, сказал, что в меня целился... Так о чем мы, бишь?
- Мы о карте, - с трудом выдавила я.
- Ах да, извини, - она стряхнула с колен невидимые крошки и поднялась. - Карта у меня есть. Вернее, у отца. Военная, рельефная, самая точная карта Москвы. Я по ней тогда Трезора нашла. Он знаешь где был?
- Нет.
- В Бибиреве. Его украли и силком держали в квартире. Я по карте район нашла, потом квартал, а потом и дом. Отец там солдата оставил в машине, тот долго караулил, а потом увидел, когда Трезора выгуливать вывели. Так и нашли. Идем.
Она взяла меня за руку, подняла и повела куда-то в левую от камина дверь. От моей симпатии к этой девушке почему-то не осталось и следа. Единственное, что меня еще удерживало, это пусть иллюзорная, но все же возможность отыскать хоть какую-то ниточку - а вдруг, чем черт не шутит?
- Идем, не бойся. - Она начала первой спускаться по винтовой лестнице. - Здесь у папы кабинет, он тут совещания свои проводит, там у него и карты, и документы всякие, и даже коллекция старинного оружия...
Когда я, спустившись, оказалась в небольшом коридорчике, из которого вели куда-то три двери, Лаура уже открыла одну из них и скрылась внутри. Войдя за ней, я сразу же остановилась. Полкомнаты занимал огромный стол, на котором лежала большая рельефная карта пересеченной местности. Там были и холмы, и лесочки, и реки, и пруды, и дороги, а среди всего этого мелькали танки, пушки, самолетики и фигурки солдат. Лаура стояла у дальней, закрытой шторой стены и копалась на какой-то панели с кнопками.
- Ну что же ты? Заходи. - Она повернула голову. - Карта Москвы здесь, за шторой, сейчас открою. Тут все на автоматике проклятой...
