Он и в самом деле еще не был окончательно побежден, совсем нет. У него еще были на руках некоторые козыри. И если он хорошо сыграет ими, он сможет еще подобрать и несколько взяток, которые могут все изменить.
Немного алкоголя, и он сможет правильно рассуждать. Он выпил еще. Результат получился именно тот, на который рассчитывал.
Шайн попросил по телефону, чтобы ему принесли клей. Взяв листок бумаги из ящика письменного стола, Майк положил его на стол, рассыпал на нем маленькие кусочки письма Мелдрума и стал последовательно их складывать. На этот раз реконструкция произошла значительно быстрее, так как он уже знал текст послания. Он старательно разложил все кусочки, приклеил их к листу бумаги и смог прочесть:
«Я видел, как вы убивали миссис Трип. Я хочу сегодня в полночь поговорить с вами в квартире 306, Терасс Резиденс. В противном случае я обращусь в полицию.
Карл Мелдрум».
Это было прямое обвинение в убийстве. Мелдрум был просто сумасшедшим, когда написал это. Или он недооценивал того, кого собирался шантажировать? Он должен был не сомневаться, что человек, который уже убил два раза, не остановится и перед третьим подобным же преступлением.
Но Шайн с трудом верил этому. Он никогда бы не подумал, что Мелдрум может быть до такой степени ненормальным, чтобы так связать себя.
И, вместе с тем, если судить по тому состоянию, в котором Майк застал его на рассвете в его номере в отеле, у него, конечно, не могла быть ясной голова. И он, конечно, уверился в том, что Ренслоу унаследует большое состояние и будет готов дорого заплатить за молчание.
Майк устало растянулся на кровати, закинув руки за голову и закрыв глаза. Он стал мысленно восстанавливать в своей памяти все, что произошло за это время.
Странное поведение Мелдрума, которое, казалось, происходило от сознания виновности, могло быть также объяснено и тем фактом, что он был свидетелем преступления. Вероятно, он тогда находился в комнате Дороти, – подумал Шайн, – и, разговаривая с ней, услышал шум в комнате миссис Трип. Сам ненавидя жертву, он, видимо, не захотел вмешиваться, а оставил все идти своим чередом. Но он, вероятно, все же приоткрыл дверь, чтобы видеть, что происходило в комнате миссис Трип. Потом он быстро сошел вниз, унося с собой тайну, которая могла ему в дальнейшем принести много денег, если убийца не будет обнаружен полицией. После этого он побежал в «Телли-Хо» к Моне и устроил все так, чтобы Мона могла обеспечить ему неоспоримое алиби. Потом он позвонил Дороти и предупредил ее, чтобы она не выдавала того, что он во время совершения преступления был у нее в комнате.
Почему же он не беспокоился о том, что Дороти заподозрят его самого в совершении преступления? Без сомнения, он даже не обратил внимания на это. Ведь он знал, что и Дороти терпеть не могла свою мачеху.
Но вместе с тем, ничего не зная, ни о тем не догадываясь, Джое Дарнел, поднялся, как и было условлено, в комнату миссис Трип, к своему несчастью, именно в тот момент, когда там появился Трип. Последующие действия казались уже совершенно естественными.
Шайн заворочался на кровати. Матрац затрещал под тяжестью его тела. Он медленно покачал головой. Да, сейчас все сходилось. Это восстановленное послание, было действительно смертным приговором для Буелла Ренслоу.
Сейчас Майку оставалось лишь позвонить Виллу Жентри и передать ему это письмо. Будет совсем несложно найти посыльного «Телли-Хо», который принес его, и окружающие их в ресторане люди, может быть, заметили реакцию Ренслоу, когда он читал его… Джое Дарнел будет, реабилитирован.
Неожиданно Шайн улыбнулся, вспомнив Филлис. Она тоже окажется вне подозрений. Он вдруг почувствовал огромное облегчение, но тут же, улыбаясь, подумал, что не особенно длительное пребывание в тюрьме заставит его жену задуматься кое над чем и она, в следующий раз, подумает и здорово подумает, прежде чем пускаться в глупейшие авантюры, хотя бы и для спасения своего мужа. При этом имелось и еще одно преимущество. Чем дольше он задержит сведение своих счетов с Пантером, тем больше эти дураки, обрадованные возможностью напакостить ему, направят своих идиотских заметок в газеты и тем больше они будут посрамлены потом.
Но при всем этом даже самый отличный реванш не принесет ни гроша Майку Шайну, и это обстоятельство очень удручало его. А сколько долларов может принести ему это дело? Боже мой, должна же все-таки быть возможность вытащить из этого дела хоть какую-нибудь выгоду! Ведь в этом же деле миллионы! Ренслоу должен унаследовать колоссальное состояние и готов заплатить за то, чтобы его вытащили из этой истории. Майк считал отвратительным, что половина состояния должна перейти к Трипу и его мерзким отпрыскам, а если Ренслоу будет осужден, то и все состояние.
