Бригадир и два солидных агента вошли в комнату и остановились на пороге в ожидании дальнейших распоряжений. Майк Шайн отступил к стене.
– Это может очень плохо кончиться, Вилл, – предупредил он с угрожающим видом.
– Увидим. Я хочу во что бы то ни стало получить это письмо.
– Бригадир, действуйте. Он никогда не бывает вооружен, но все-таки подходите к нему осторожнее. Берегитесь его кулаков!
Трое агентов приблизились с поднятыми дубинками. Поверх их голов Шайн разбитым голосом бросил последнюю мольбу своему старому другу:
– Не делайте этого, Вилл. Вы пожалеете об этом. Я вас предупредил…
Он нагнулся, чтобы избежать удара дубинкой, который должен был опуститься ему на голову, и бросился вперед с поднятыми кулаками. Ранбон был тут же отброшен метра на два, но бригадир спокойно отошел в сторону и оглушил Шайна хорошо рассчитанным ударом по голове.
Шайн зарычал, его злобно сжатые кулаки мгновенно потеряли свою силу. Кези схватил его за руки, а бригадиру удалось надеть на его правое запястье наручник, потом он оттянул ему руки назад и второй наручник защелкнулся на левом запястье.
– Так вот будет значительно лучше, – сказал со вздохом облегчения Жентри. – А теперь, друзья, подождите нас в коридоре.
Агенты вышли.
– Мне совсем не хотелось этого делать, Майк, но я вынужден был так поступить, чтобы беспрепятственно обыскать вас. Если этого письма на вас не окажется, я переверну все в этой комнате, но я все же найду.
Шайн наклонил голову.
– Хорошо, Вилл… Я могу сказать и сам. Оно находится в наружном кармане моего пиджака, но вы поступаете, как настоящий подонок, как болван, что мешаете мне разыграть эту игру, как я считаю нужным.
Толстые пальцы Жентри проскользнули в карман пиджака Шайна, а Пантер сразу же вскочил, когда увидел вытащенное им письмо.
В наступившем молчании оба мужчины прочли текст, составленный Майком, в котором Карл Мелдрум обвинял сам себя и там же доказывал невиновность Ренслоу в убийстве Леоры Трип.
Наконец Жентри проговорил:
– Но… но… Боже мой, Майк, что… это ведь… Это ведь совсем не то, что я думал!
– Вы должны, были бы больше доверять мне, Вилл, и не сомневаться в том, что я знаю, что делаю. Но нет, вам, видите ли, понадобилось убедиться собственными глазами. Ну что ж, вы теперь довольны? Он по-прежнему виновен, ваш Ренслоу?
– Но… Да нет, Майк. Судя по этому письму, Ренслоу последний человек, который мог бы желать смерти Мелдрума. Если Мелдрум действительно написал это письмо, в котором объясняет эту смерть, обвиняя Ренслоу в том, что он нанял его, чтобы убить миссис Трип, последний не стал бы убивать Мелдрума.
– А что же теперь в отношении Филлис? – проворчал Шайн. – Это письмо доказывает, что Ренслоу приехал слишком поздно, чтобы спасти Мелдрума. И если он не солгал.
Голос Шайна вдруг сорвался. Его подбородок упал на грудь, и у него вырвалось нечто вроде рыдания.
– Но тогда, – воскликнул Питер Пантер нервным голосом, – получается, что Джое Дарнел невиновен! И вместе с тем вы почему-то не хотели показать эту записку, которая полностью вытаскивает вас из этого дела!
– Не говорите глупостей, Питер, – проворчал Жентри. – Совсем не для того, чтобы помочь нам, сделал он это. Проклятье! Но ведь этот трюк полностью обвиняет его жену! Майк, почему вы мне раньше ничего не сказали об этом?
– Ничего не сказал? – упавшим голосом переспросил Шайн. – Я сделал все, чтобы вы оставили меня в покое! Но нет! Вы не хотели мне верить. Вы захотели силой отнять у меня это письмо. Теперь оно у вас. Что же вы собираетесь делать теперь?
– Послушайте, – с живостью вмешался вдруг Пантер. – Возможно, мы сможем потушить все это. Это будет, конечно, и в интересах Шайна, и в наших. Вилл. Ведь вы хотите, чтобы его жена была освобождена, не так ли? Мы ведь сможем и забыть про это.
– Нет, – сухо возразил Жентри.
– Я не хочу сказать этим, что мы можем уничтожить это письмо, – запротестовал Пантер. – Я только подумал, что мы, может быть, сможем обойтись молчанием некоторое время, ну, скажем, на двадцать четыре часа… До того времени, когда я сделаю заявление прессе, в котором скажу… что я… что я не очень-то удовлетворен и что… что следствие будет продолжено… Естественно, что я попрошу губернатора не давать хода моему заявлению из той телеграммы, которую я ему отправил, и что я просто поторопился немного с…
Но тут вдруг вмешался Шайн:
– Вероятно, Вилл согласится не обнародовать это письмо сразу же. Это позволит мне обсудить положение Филлис с адвокатом и разработать систему защиты. Итак, Вилл?
Жентри снова сел на кровать и медленно перечитал письмо.
– Я полагаю, что это возможно, – пробормотал он. – Но я не собираюсь держать Ренслоу в тюрьме, если он невиновен. Я отдам приказ немедленно освободить его из-под стражи, мотивируя это тем, что получил доказательства его невиновности.
Не глядя на Шайна, он встал, подошел к двери, открыл ее и приказал бригадиру снять с Майка наручники и удалиться вместе со своими людьми из отеля.
