В техникуме Гошу как-то не замечали, а на четвертом курсе он себя показал: на уфимских городских соревнованиях занял первое место. Всех удивил спортивным подвигом. Эта его победа и сблизила Олега с Гошей, это и определило при направлении их единодушный выбор — Сахалин и дорогу на Дальний Восток. Сейчас он подбирает мазь, натягивает вязаный свитер, теплые носки. В ботинки подкладывает дополнительную стельку из картона. Сверху телогрейка — ее недолго и скинуть. Ну, и шапочка — как положено. И Олег собирается, но у него даже лыж нет. Одевает валенки, свитер, постоянную свою шинель и шапку-ушанку. Идут через весь город, туда, где лес и пересеченная местность, где собираются участники соревнований. В ожидании начала соревнований они объезжают свои лыжи, проверяют подъемы и спуски. Исполосовали гору вкривь и вкось.
Народу собралось — физруки, тренеры, простые болельщики, вроде Олега. Пришли человек семь ребят из третьей группы. Олег пригласил всех, но дело это, конечно добровольное, как и вообще занятие спортом.
Пришла на лыжах и каталась с горы знакомая девушка Светлана. Олег попросился съехать с ней вместе. Съехали. Упали, конечно, и долго смеялись. Съехали еще раз, тоже упали.
Как ни странно, встретили там и директора училища, Ивана Кузьмича. Он был в костюме с рубашкой и галстуком и без пальто… Говорит, что давно закаляется, и ему нисколько не холодно. Оказался он разговорчивым, не таким, как на службе, где выжимает по слову в минуту. И болельщик бокса. Посещал соревнования, даже говорил об отдельных бойцах. Советовал, например, чтобы Олег поговорил со своим Славой Маннабергом, чтобы тот не увлекался спиртом: один раз видел его в городе пьяненьким. Поинтересовался и делами Олега. По работе с третьей группой, главным образом. Видел, говорит, человек шесть-семь пришли сюда на лыжах— это для них ново, значит, дела у тебя идут.
— Дела-то идут, — Олег кивнул. — Староста там нормальный парень, но группой заправляет не он, а Ларионов.
— С черной шевелюрой? Ну, подбери к нему ключик. Можно подобрать-то?
— Можно, если пойдешь у него на поводу. Но я хочу оторвать от него группу, дрянной он парень. Всех приблизить к старосте, Феде Шаповалову.
Директор посмотрел на Олега зорко, ничего не сказал.
Дали старт. Пускали и засекали по номерам, Гоша оказался в самой середине — ушел двадцать девятым. Десятка — это его дистанция, авось не подкачает. Пошел сильно, взмахивая палками, снежная пыль кружилась за ним сзади. Лыжный спорт на Сахалине развит, зима долгая и теплая, увлекаются многие. Результаты хорошие. Говорят, кто из лыжников приехал с материка, на первых порах здесь хороших результатов не показывают: нужна акклиматизация и длительная тренировка.
Светлана каталась с горки и все поглядывала на Олега, даже Иван Кузьмич заметил:
— Подойди ты к ней. Видишь, глаз на тебя положила.
Подошел, попросился еще раз съехать вместе. Кивнула.
Хорошая она девушка, добрая, красивая. Только на лице у нее с одной стороны отметина — синее пятно от вылитой кислоты. Слышал Олег, ухажер за что-то так недостойно ей отомстил. Говорят, она с кем-то еще погуливала, а не все мужчины умеют прощать: иные мстят коварно. Приехала с материка давно, да не спешит туда возвращаться — работает, ходит на лыжах, посещает кино, театр. Встал сзади, держа ее за талию. Ух, как она прекрасно сложена!
— Поехали, Света!
— Поехали! — Она чуть присела. Ветер усилился, треплет выбившиеся из-под шапочки волосы, они задевают лицо, щекочут, а он, дурак, силится устоять на ногах, еще раз не свалить девушку. Ну, обошлось: перелетели весь спуск и выкатили на равнину. Дотянули до берега какой-то небольшой речки.
— Устоял! — Она смеялась, зубы сверкали, огоньки горели в глазах.
И он ликовал: устоял, мать честная!
— Ну, еще раз давай, Светлана, еще раз, может, это будет последний — скоро будут финишировать.
Она подымалась «елочкой», где было круто переходила на «лесенку». Он, проваливаясь в снегу, отстал. Но вот, наконец, Взобрался и он. Сверху видно всех болельщиков, большинство из них на лыжах. На лыжах были и его староста Федя с товарищами. В ожидании финиша все волновались. К участникам соревнований уважение возрастало, слушали об их тренировках, режиме, об отдельных деталях их житейского быта. И ждали появления первых лыжников из-за холма. Вот далеко, в лощине, обозначилось какое-то движение. Да, появилось три-четыре лыжника, входят в долину. Но до финиша им, ох, далеко. С горы их видно, но Олег со Светланой смотрят не туда: готовятся к новому спуску. Опять он обнял ее за талию — поехали. Жутковато, но все же приятно. От скорости. И от близости девушки. Ветер свистит, волосы щекочут лицо. Вынесло к речке. Остановились, оглянулись посмотреть на идущих лыжников: на белом полотне снега они походят на черных муравьев.
Судьи передают друг другу последние команды, каждый занимает свое место. Слышатся восклицания переднего:
— Третий идет! Пятый! Первый!.. За ними — десятый как будто… Вон кто-то сильно идет. Кто-то… Двадцать девятый, кажется!..
