Понял. Достал тренировочные полуперчатки и вслед за Женей, без шапки, выскочил. Наших бьют! Ну, как это бьют? На самом деле, увидел, — дела обстоят не так. На крепкого матроса насели разом четверо ремесленников, повалили наземь и размахивали кулаками. Увидев подходящих к ним старших товарищей, чуть не враз завопили: «Полундра!» — и рассыпались в разные стороны. Матрос поднялся, пьяно выругался и пошел на подходящих к нему парней, угрожая крепкими кулаками. Пробный Олегов удар левой рукой остановил его. По неписаным боксерским правилам тут требовалась добавка. Но матрос крепкий, Олег присматривался, как половчей сбить с ног. Пьяный опять пошел в атаку. Второй Олегов удар пришелся сбоку и опрокинул его. Скрывшийся за Олеговой спиной Женя Егорченко и откуда-то взявшийся Вена Калашников взяли матроса под руки, перетащили через дорогу, спустили с горы, ведущей из Рыбного городка в Александровск. Скатился он, волоча за собой кучу снега. Тем временем, чуя драку, вывалились из клуба еще три матроса. Сразу устремились на Олега, норовя зайти с трех сторон. Чтоб не попасть в окружение, Олег завыделывал комбинации, кружась и вытанцовывая, отпрыгивал от нападающих и назад, и вправо, и влево. Два любителя острых ощущений — Женя и Вена Калашников — наблюдали эту картину со стороны. Нападающие рассыпались, не заметили, что оказались на одной линии, почти в затылок друг другу. Передний временно, конечно, остался с Олегом один на один — Олег тут же поразил его хуком справа. Егорченко и Калашников — надо отдать им должное — не растерялись, подобрали упавшего, отволокли к спуску с горы и во всю силу толкнули вниз. Два других матроса, увидев своего павшим, одновременно бросились на Олега. Как ни в чем не бывало, Олег продолжил игру: разрывал дистанцию, отскакивал и вышагивал в стороны, заставлял нападающих наталкиваться друг на друга, пока, наконец, не оказались друг за другом. Чем Олег и воспользовался: очередного сбил с ног. Не прозевали и Женя с Веной: легкомысленно хихикая, подхватили упавшего под руки, поволокли к спуску. Третий матрос был не настолько пьян, чтобы не заметить пропажи двух товарищей: ретировался в клуб, где еще оставались небитые его друзья. Туда же устремились и Женя с Веной, и отстраненные от драки наблюдавшие картину боя со стороны трое ремесленников. Девчонок в клубе уже не было — разбежались.
В зале наблюдалось столпотворение: скамейки, стулья перевернуты, парни носятся по всему залу: на отбившихся от компании подгулявших парней нападают по двое, по трое. Один крепкий моряк вошел в азарт: размахнувшись на всю амплитуду, попал парню по голове — тот перевернулся, упал Олегу под ноги. Вскочил, сгоряча не понял, что произошло, попал под другую плюху, с другой руки, опять кувыркнулся. Следующим под его кулак попал Ларионов из третьей группы — перелетел через скамейку. Ларионов приподнялся, медленно полез в карман. Зная его подлый норов, свои парни набросились на него, схватили за руку, в ней оказался нож… Выпроводили за двери.
Громила-матрос приготовил кулаки к очередным ударам. Олег подошел — и он ударил его во всю силу. Олег сделал нырок. Когда матрос выпрямился от промаха — воткнул ему в подбородок прямым ударом, как выстрелил. Добавил и слева, чтоб, наверняка, падал. Вывернувшиеся из-под руки Женя Егорченко и Вена Калашников взяли и этого. Поволокли к выходу.
Не занятые в деле ребята группировались возле Олега, образовывали какую ни есть стенку. Влились в нее и вернувшиеся воспитатель и физрук. Теперь стало видно, что матросов осталось совсем немного, и теснимые стенкой, пятились они к выходу и по одному, по двое покидали это негостеприимное, по их мнению, заведение. Один из матросов, притихший и угомонившийся, искал шапку, его не трогали, пусть ищет.
Посторонних в клубе скоро не осталось, слышался только озорной смех и веселый говор ребят, обсуждающих это неординарное событие. Для них это была потеха, ни больше ни меньше: они весело разбирали эпизоды драки.
— Поднимите скамейки, стулья! — приказал воспитатель Егорченко. — Стулья поставить к стене, как стояли.
— Завтра с утра организуйте уборку зала. Будет тренировка, — Олег прибавил.
Парни кивали, будет сделано. Завтра, так завтра. Они, которые и не состояли в секции бокса, готовы были услужить Олегу Ивановичу. На сегодня все, значит. Вечер танцев окончен, драка тоже. Пора возвращаться в общежитие. Прощались с теми, кто уходит в город.
Гоша, конечно, еще не вернулся, упустил в жизни такой момент! Пусто сейчас в комнатке и тоскливо. Ну, почитать новую книжку, стихи эти.
А, впрочем, зачем стихи теперь, когда твои годы уходят? Ведь тебе уже… Э, тебе скоро уже исполнится двадцать один год!
«А Ларионов-то! За нож взялся — ну, и тип!» — Олег покачал головой.
