За всеми этими событиями и разговорами Рада совсем забыла про комочек ощущений у себя между ребер, который был Лиарой. И сейчас этот комочек напоминал разгневанного ежа, свернувшегося в острый комок иголок. То, что она раньше приняла за смущение или неловкость, на поверку оказалось гневом. Рада еще никогда не видела, чтобы Лиара гневалась, и от этого сейчас стало совсем уж неуютно. И стыдно. Как дура бросилась следом за Алеором, устроила драку на пандусе, будто дитя малое. Но если бы этого не было, ты не свалилась бы в Источник, вкрадчиво шепнул внутренний голос. Щеки вновь вспыхнули, и Рада потупилась, ругая себя за все сразу.
— Прости, маленькая, — неловко пробормотала она, надеясь, что никто из друзей не смотрел в их сторону и не слышал их разговора. Сама она старалась говорить как можно тише. — Я не хотела делать тебе больно. Я буду осторожнее и внимательнее, обещаю тебе.
Лиара медленно выдохнула воздух, заставляя себя успокоиться, а потом проговорила уже мягче, осторожно пропустив свои пальцы сквозь пальцы Рады:
— Просто будь осторожнее.
— Хорошо, — кивнула та, все еще сгорая со стыда. Краем глаза она взглянула искорке в лицо. Глаза ее немного потеплели, сделавшись уже не такими колючими, как раньше.
— А теперь пойдем к огню. Я продрогла, да и эти ведуны могут что-то рассказать нам про анай.
Рада кивнула, позволив искорке увлечь ее к костру, а в голове все ехидно надрывался внутренний голос. Она беспокоилась о тебе, она очень испугалась за тебя, а все, о чем могла думать ты, — это возможность сделать ей детей. Животное ты бестолковое, Черный Ветер! И никакой Черный Источник этого не изменит!
Ждать возвращения Кая пришлось долго, но Раду это не слишком-то смущало. Она вполне уютно устроилась у костра, сжевав выделенный ей кусок баранины, который оказался недурственным, приправленным травами и незнакомыми ей пряными специями. Единственное, что несколько омрачало ее настроение, — обида Лиары. Гнев в штормовых глазах искорки погас, но она все еще была сдержана и несколько отстраненна, а в груди у Рады застыл тяжелый ледяной комочек, все никак не желающий рассасываться. Из-за этого Рада чувствовала себя неуютно, то и дело потирая грудь кулаком и поглядывая на Лиару.
Что делать в такой ситуации, она и знать не знала. Всего один раз за все время их общения искорка была в таком состоянии: когда на болотах случилась та не слишком-то приятная встреча с ведьмой. На утро, когда Рада проснулась, не в силах вспомнить ничего из произошедшего, глаза Лиары были точно так же холодны, как сейчас, разговаривала она сдержано и почти не улыбалась. Как и тогда, что с этим делать, Рада знать не знала. Да и не могла же она в самом деле начать попытаться как-то разговорить или растормошить искорку на глазах друзей. Алеор не упустит шанса узнать, что же у них случилось, а стоит ему только услышать, что Рада расстроила искорку, будет шпынять ее этим, пожалуй, до самого их расставания. И не потому, что ему жалко Лиару, а просто чтобы позлить Раду.
Друзья устало сгрудились вокруг пламени, но разговор не клеился. После долгих недель, проведенных в обществе друг друга, бок о бок с чужими людьми было непривычно и даже тяжеловато. Рада вдруг очень остро осознала, насколько уютно ей было в компании гномихи, ильтонца и эльфа. Пусть она и устала от них за это время, пусть и казалось, что глаза ее б их не видели, однако присутствие чужих так резко разрушило ту атмосферу почти бессловесного понимания и уюта, что окружала их так долго, атмосферу совместного движения к цели и взаимовыручки. К тому же, и сама цель сейчас лежала прямо за их спинами, и вот-вот Кай должен был завершить то, ради чего они все сюда пришли. И тогда останется лишь один последний визит в Эрнальд к этому Царю Небо, а потом их дороги разойдутся в разные стороны. Легкая грусть заставила Раду потянуться за пазуху за трубкой. В последние дни они так носились по ледяной степи, что и покурить даже времени не было. В молчании к ней присоединились и Алеор с Улыбашкой, тоже принявшись раскуривать оставшиеся у них запасы табачка.
Вельды, поначалу поглядывающие на странную компанию и сразу же отводящие глаза, будто им было запрещено разговаривать с незнакомцами о чем-либо, кроме дела, за которым те явились, молчали. Лица их окаменели еще больше, остекленевшие взгляды обратились в пространство за спинами путников, туда, где располагался Черный Источник. Иногда кто-нибудь из них едва заметно качал головой, а зрачки его слегка расширялись, выдавая тщательно сдерживаемое удивление, но ни один не произносил ни звука. Возможно, они чувствовали то, что сейчас делал за каменной стеной Кай, а может, просто корчили рожи, чтобы не разговаривать с путниками, Рада не знала.
