— Все зависит от эмоционального состояния, — коротко бросил Алеор, взглянув на нее. — Если он будет напуган или, наоборот, обрадован, то его аура расширится. Я не буду вдаваться в подробности. — Глаза его быстро метнулись к Редлогу и обратно к Раде, и она поняла, что Алеор не хочет рассказывать при мародере. — Возможно, кто-нибудь еще сможет объяснить тебе, как это работает. Спросишь в Данарских горах, например, когда вы туда дойдете.
— Не проще ли будет Каю попробовать что-нибудь сделать? — с сомнением в голосе проговорила Лиара. — Или мне?
— Кай — крайний вариант в том случае, если не получится с Жужей, — покачал головой Алеор. — Я даже не знаю, что находится за Летающими Островами, так что его помощь там может быть нужнее, чем в Серой Гнили. А ты, Светозарная, вчера и так едва не отправилась в Светлые Чертоги, отдав все силы на управление Червем. Да и вряд ли ты умеешь что-то такое, чего не умел Дамиан, а его способности в Серой Гнили не подействовали. Так что пока у нас один вариант, и я намерен его использовать.
— Я до сих пор не понимаю, как все это будет происходить, — покачал головой Редлог, продолжая с опаской коситься на эльфа. — Ты не мог бы мне объяснить поподробнее? Что именно ты собираешься делать с моим другом?
— Я собираюсь хорошенько пощекотать его, чтобы он донельзя развеселился. А потом мы все возьмемся за его шерсть и толпой пойдем через болота, — каменным голосом отозвался Алеор, глядя ему в глаза.
— Пощекотать? — уточнил Редлог.
— Да.
— Не колющими предметами, не чем-то болезненным. Просто пощекотать? Руками?
— Да.
— Ладно, — со вздохом отозвался мародер. — Может быть, ему это даже и понравится.
— Пресветлые боги, за что мне это? — страдальчески воззвала к небесам Улыбашка.
Когда они покинули снежный дом и зашагали через глубокие сугробы на запад, Рада все продолжала коситься на эльфа, пытаясь понять, серьезно он говорил или нет. Затем ее взгляд обращался к Жуже, который, вывалив язык на бок, переваливался через снег, замыкая шествие. Медведь был не слишком крупным, вполне обычным, и Рада никак не могла себе представить, каким образом им удастся всем вместе держаться за него. Шесть взрослых людей обступят одного медведя и пойдут через болота. Там же трясина, там кочки, там ничего не видно, и в любой миг нога может подвернуться! Как мы сможем пройти Серую Гниль, держась за медведя?!
Судя по всему, не одна она раздумывала о том же самом. Взгляд Улыбашки, что сверлил спину Алеора, был крайне недовольным. Она то и дело хмурила брови и что-то бормотала себе под нос. Даже Кай сейчас выглядел глубоко погруженным в себя и насупленным, а ведь он обычно буквально любовался каждым жестом эльфа. Редлог то и дело поглаживал Жужу по передней лапе и что-то успокаивающе говорил ему, и он тоже смотрел в спину Алеора недобро.
— Ты думаешь, у нас получится? — наконец не выдержала Рада, поворачиваясь к шагающей рядом с ней Лиаре. Говорила она как можно тише, чтобы друзья не услышали. Достаточно было и этой повисшей между ними напряженности, нервировать кого-то еще больше ей не хотелось.
— Пройти сквозь Серую Гниль? Конечно, получится, — Лиара ответила, не задумываясь, и вид у нее при этом был расслабленным.
— Ты так уверена, — недоверчиво вскинула брови Рада. — Даже несмотря на все безумие плана Алеора?
— Рада, мы вчера весь день ехали по Пустым Холмам верхом на гигантских Червях, — Лиара взглянула на нее из-под пушистых ресниц, и в ее темных зрачках серебристыми рыбками плескался смех.
— Ты права, — неожиданно для самой себя хмыкнула в ответ Рада. По сравнению с этой поездкой все остальное казалось детскими играми.
Сугробы вокруг были такими глубокими, что ей буквально грудью приходилось пробивать себе дорогу. Кай впереди хоть и топтал просторную траншею для них, а только после него под ногами все равно оставалось столько глубокой снежной каши, что Рада буквально тонула в ней. Про Улыбашку и говорить было нечего, она даже ворчать перестала, и до слуха Рады доносилось только ее трудное, сбивающееся дыхание. Да, в героические песни это не войдет, пронеслась в голове мысль, и Рада невесело хмыкнула под нос.
Продвижение отряда замедлилось еще сильнее, когда к полудню все небо затянули облака, и на головы путникам повалило мелкое снежное крошево. Ледяная крупа была какой-то неприятно липкой: приставала к одежде и рукам, ссыпалась за шиворот. Встречный ветер бил в лицо, заставляя щуриться и втягивать голову в плечи. Рада пожалела о потерянной в Пустых Холмах шапке. Порывы ветра запускали свои ледяные пальцы в ее волосы, кусали уши и щеки. Потом стало чуть-чуть легче: это Лиара помогла, отводя от них прочь ледяные потоки, и Рада смогла вздохнуть спокойнее.
