Осмотреть дачу еще раз было необходимо. С кем-то Илона провела ночь, и нужно хотя бы попытаться найти следы этого кого-то.
– Нет, – покачала головой Вера. – Потом. Позже.
Федор остановил машину у своего участка, Вера по-хозяйски открыла калитку, прошла по дорожке, подождала, когда он отопрет дверь дома и, приподнявшись на цыпочки, успела поцеловать ему шею, подбородок. Потом Федор накрыл ее губы своими.
Проснулся Владислав рано, до будильника. Какое-то мгновение он вчерашнего страха не помнил, потянулся, глядя на пробивающиеся в щель между шторами солнечные лучи. И тут страх навалился снова, тяжелый, мучительный.
Нужно продумать, что отвечать, если кто-то еще видел его на даче. Отрицать, что там был, не стоит, он мог попасть под камеры на платформе. Есть ли там камеры, он не знал, но исходить нужно из худшего варианта.
Он поехал на дачу, чтобы забрать оттуда свои вещи. Какие именно, надо продумать особо. Например, старый ноутбук. Ноут несколько лет валялся на даче, Владислав привез его, потому что без компьютера всегда чувствовал себя неуютно, но, кажется, так ни разу и не включил. Предполагалось, что ноут может понадобиться, если он на даче застрянет, а в фирме случится что-то срочное и в него потребуется заглянуть.
Он на даче не застревал, он там не знал, куда себя деть от скуки.
Зачем ему понадобился старый компьютер, тоже можно продумать потом. Например, вспомнил про старые разработки, которые имеет смысл освежить.
Владислав встал, раздвинул шторы, босиком прошел на кухню, включил чайник.
На даче он увидел Илону, не захотел с ней связываться и поехал назад, в Москву.
Это было почти правдой и выглядело достоверно.
Теперь надо продумать, как и когда он вернулся назад.
Электричка не подходит, миновать камеры невозможно.
Чайник щелкнул, он залил кипятком пакетик.
Остается автобус.
В том, что он вернулся на автобусе, не могло быть ничего подозрительного. Он и раньше, когда жил с Илоной, иногда пользовался автобусом.
Легенда казалась правдоподобной, Владислав с облегчением выдохнул.
Нельзя паниковать, напомнил он себе. Пока все нормально.
Он отпил чай. Тот был горячий, обжигал губы.
Потом заставил себя съесть яичницу, снова выпил чай.
Кажется, со страхом удалось справиться.
В офис он приехал раньше обычного.
Инны еще не было. Еще никто из коллег не явился.
Телефон зазвонил, когда Владислав включил компьютер.
– Не разбудила? – робко извинилась бывшая бухгалтерша.
– Ну что вы! – он заставил себя улыбнуться. – Я уже работаю.
– Единственное, что я могла вспомнить… Не уверена, что это что-то значит…
– Светлана Борисовна, не тяните! – мягко поторопил он.
– У вас работал… Петр, кажется. Фамилию забыла. По технике вас замещал.
– Бардин? – подсказал Владислав.
– Да, точно! Петр Бардин.
– Он и сейчас работает.
– Бардин мог быть в курсе того, что тогда произошло. Мы при нем обсуждали транши у вас в кабинете. Помните?
– Нет, – признался Владислав.
– Я тогда еще удивилась, что вы при нем заговорили, не попросили заглянуть позднее. Впрочем, кто же знал, что от денег придется срочно избавляться!
– Светлана Борисовна, спасибо! – искренне поблагодарил Владислав. – Спасибо!
– Не за что!
Он подержал телефон в руке перед тем, как положить на стол.
Бардин!
Даже если Петька тогда ничего не понял, потом, если Илона показала ему бумаги, два и два не сложить не мог.
Владислав сжал подлокотники кресла.
Если Владислава не станет, фирма перейдет к Петьке. Сменит название, возьмет к себе коллектив, воспользуется связями Владислава – и все!
Владислав отпустил подлокотники, несколько раз сжал кулаки. Медленно и глубоко подышал.
Встал, оттолкнув кресло, выглянул в секретарскую.
Инна уже сидела за компьютером, ласково засияла, увидев его.
Он улыбнулся, сел рядом с ее столом.
– Вчера пришлось съездить с Марком на дачу. – Он провел пальцами по ее руке.
– Там что-нибудь прояснилось? – быстро спросила она.
Черные глаза смотрели на него с надеждой.
– Нет! – поморщился он. – Что там может проясниться!
Инна отвела глаза, как будто в чем-то провинилась.
Она часто вела себя так, будто была перед ним виновата. Даже когда он впервые поехал к ней домой и потом пожаловался, что придется что-то врать жене.
Врать необходимости не было, он сразу пресек все Илонины попытки его контролировать.
– Илона ночевала не одна… – Владислав вытянул ноги, вместе со стулом отъехав от стола.
– Мужчину кто-то видел?
– К сожалению, нет. То есть я не знаю. Постель смята, в мойке две чашки. Две рюмки. Под мойкой пустая бутылка. Раньше она одна спиртного не пила.
Он откинулся на неудобную спинку. Нужно поменять в офисе стулья, эти никуда не годятся.
Инна слушала его замерев, как умная собака, ожидающая команды хозяина.
Ничего больше Владислав говорить не стал, но ему казалось, что Инна все понимает. Он ее торопил.
Он снова погладил ее по руке и молча вернулся в кабинет.
– Спи, – прошептал Федор. – Я поеду, а ты спи. Мне сегодня зачеты принимать.
Вера открыла глаза, погладила его по лицу, по векам под очками.
Очки он всегда надевал сразу, как только открывал глаза.
