– Извини, но я не плохой парень. Я просто парень, у которого много неприятного опыта.
– Ну хорошо, парень с неприятным опытом. Скажи, они тебе нравились?
А нравились ли мне они? Если бы меня спросили в то время, когда мы с ними бесконечно трахались, то я бы точно ответил «да», но сейчас до меня начала доходить одна простая истина: Клаудия Дэвис и Инди Вудлоу были ошибками, в которые я благополучно вляпался из-за красоты их тел. Вот и все.
И я чертовски сильно захотел донести эту мысль до сидящей рядом девушки:
– Джун, ты единственная, кто мне действительно нравится. А с ними был лишь секс, и больше ничего.
Соседка медленно кивнула, обдумывая сказанное. Что же происходило в ее голове?
– Ты могла бы оценить меня как парня, который использовал их, но нет. – Я решил дополнить свой ответ, чтобы она окончательно убедилась в правдивости моих слов. – Мы все использовали друг друга, да и я им никогда особо не нравился. Они всегда считали меня взбалмошным мальчишкой. Я не горжусь своими действиями, но и не собираюсь вырывать их из своей жизни. – Мельком взглянув на нее, я не успел прочитать эмоцию на лице. – Я много чего делал, Джун. И я далеко не самый лучший парень на планете, но ты мне правда небезразлична.
Девушка начала натягивать рукава кофты и прятать в них руки.
– Знаешь, но ведь и я далеко не подарок.
А мне кажется, подарок. До Джун я не знал девушек лучше.
– Нет, ты всегда была хорошей девочкой.
На что Сандерс ответила довольно красноречивым вопросом:
– А хорошие девочки разбивают чужие сердца и потом развлекаются с плохими мальчиками за стеллажами?
Я усмехнулся, вспомнив наши шалости в библиотеке. Повторить бы это…
– Идеальных людей не бывает, Тайлер. И хороших девочек тоже, – пробормотала она. – Как пела группа
В ту же секунду во мне поселилось что-то теплое и приятное. Ей плевать, что я делал до нее? Это сон? Она отнеслась с таким пониманием, с каким никто и никогда не относился.
Отец всегда презирал меня и только недавно начал исправляться, мама тоже периодически наставляла, как думала, на путь истинный. С Итаном я познакомился недавно и осознавал, что он принимает меня, но может ведь принимать и при этом не понимать. Оставался Майкл, но он скорее предпочитал не осуждать, потому что, как он думал, и сам был не лучше.
Но Джун… Она выслушала и поняла, словно заглянув в самые темные уголки моей души, чтобы принять меня окончательно.
– Все хорошо? – поинтересовалась она, заметив мое долгое молчание.
– Да, – сказал я, – просто понял, что ты лучшее, что происходило в моей гребаной жизни.
Тогда соседка потянулась ко мне и на секунду прижалась губами к моей щеке. Ее поцелуй был таким нежным, что заставил мое сердце биться чаще.
– Это за что? – улыбнулся я как мальчишка.
– За лучший комплимент в моей жизни, – пояснила она. – И, кстати, теперь твоя очередь задавать вопрос.
Пришло время Джун открыться мне. Я осмелился спросить то, что долго сидело в голове и не давало покоя.
– Когда мы играли в «Я никогда не…», ты сказала, что испугалась отношений…
– Я сейчас заберу свой поцелуй обратно, – надула губы соседка.
– Если не хочешь отвечать, не надо, – расстроился я. – Просто я бы хотел знать, чего мне не стоит делать, потому что меньше всего на свете я хочу, чтобы ты сбежала от меня в другой город. А там по соседству жил бы миллиардер, который попытался бы с тобой познакомиться…
– Ладно, ладно, я поняла, – вдруг засмеялась девушка. – Если ты так хочешь знать, его звали Адам. Он был моим лучшим другом, но, как мы знаем, дружбы между парнем и девушкой не бывает, – очень уверенно заявила Джун. – Конечно, многие могут поспорить со мной, но если в такой дружбе ты не влюблен, то, скорее всего, влюблены в тебя.
Я уже сам сделал вывод.
– И Адам влюбился, да?
– Да, – громко выдохнула она. – Он очень хороший человек. Нам было весело дружить, но он решил признаться в своих чувствах. – Сандерс уставилась на свои колени, как будто на них лежало что-то интересное. – Я испугалась и предложила остаться друзьями. А когда он решил пойти мне навстречу, переехала в другой город и потеряла с ним связь окончательно. Это все моя вина. Нужно было поговорить, а я просто убежала.
Легкая печаль прошлого накрыла девушку. Даже ее глаза потускнели. Ей было стыдно за свой поступок.
– Ты испугалась, тебя можно понять, – подбодрил я. – Правда, не совсем понимаю, почему.
– Не знаю, наверное, боялась потерять друга.
Я мог предположить почему. Возможно, она не боялась потерять друга, а всего лишь страшилась своих чувств. Но озвучивать этого я тоже не стал. Мог ошибиться.
Поэтому сказал следующее:
– В любом случае, думаю, у него сейчас все хорошо.
– Надеюсь, – вяло улыбнулась Джун.
– Скажи, а ты жалеешь о том, что сбежала? – Я хотел узнать больше о ее чувствах к этому парню. Что, если и она его любила, но просто боялась признаться?