Бариста окликнула Стива по имени, и он встал. Джемма побарабанила пальцами по столу. Мысль о том, что люди все еще говорят о ней и Виктории, вызывала у нее тошноту. Как она и предполагала, ее мать неверно истолковала этот интерес к убийству. Еще бы! Джемма не могла припомнить, случалось ли в Крамвилле еще одно убийство за последние пятьдесят лет. А в наш-то век, когда чуть ли не все помешаны на теме реальных преступлений? Наверняка в городе было даже несколько человек, которые обсасывали это убийство в своих подкастах, регулярно упоминая ее. Ей не следовало приезжать сюда. О чем она только думала?
– Твой кофе. – Стив поставил перед ней чашку и блюдце с круассаном. – И кое-что перекусить.
– Спасибо.
Отпив кофе, Джемма заставила себя отогнать тревогу. Она знала, зачем приехала сюда. И не могла блуждать тут вслепую. Ей нужна была помощь Стива.
– Мне очень нужна твоя помощь, – сказала она. – По-моему, меня преследует кто-то из местных.
– В каком это смысле преследует?
– Все это настолько запутанно, что займет некоторое время. Ты никуда не торопишься?
Он покачал головой.
– В клинике сегодня затишье. Я могу сделать большой перерыв.
– Ладно. Хорошо.
И Джемма рассказала ему все, попытавшись изложить все максимально лаконично. Но Стив был не из тех, кто просто слушает, поэтому буквально засыпал ее вопросами: «Что за дикие вещи говорили эти женщины?», или «Погоди-ка, в каком это смысле шантаж – какого рода шантаж?», или «Что
Стив все никак не мог поверить, что перед ним сидит Тео. Спустя столько лет они оба сидели в кафе, и Тео оживленно беседовала с ним, совсем как в те времена. Он был рад, что с ними нет Аллана, что она в полном его распоряжении. С Алланом возникла бы определенная неловкость – он отпускал бы дурацкие шуточки, пытаясь поймать взгляд Стива.
Об этой встрече всегда можно будет рассказать Аллану позже. Может, они еще раз встретятся, втроем, как в старые добрые времена… Но сейчас внимание Тео безраздельно принадлежало ему.
Это было так странно – снова быть с ней… Со своей первой любовью. Ну, не совсем с первой любовью, теперь он это знал. Это было глупое подростковое увлечение, не более. Но все же, просто находясь рядом с ней, Стив вновь испытывал некоторые из тех давно забытых чувств. Ощутив жар на щеках, он попытался отогнать его. Нужно было сосредоточиться на том, что рассказывала ему Тео, которая вдруг неожиданно для него стала Джеммой.
– Погоди, – в очередной раз перебил он ее. – Что-то я не пойму… Как этот тип заставил твоего сынишку рассказать тебе…
– Ничего он его не заставлял делать, – нетерпеливо ответила Джемма. – Он добрался до его воспитательницы, которую шантажировал найденными где-то ее фотками в голом виде. И приказал ей рассказать моему сыну ту дурацкую сказку про ведьму Теодору и принцессу Викторию. Но в итоге мой сын ошибся и назвал ведьму Федорой.
– Но как он узнал, что она воспитательница твоего сына?
– Он взломал мой телефон, Стив, – я тебе уже это сто раз говорила. Он следил за мной черт знает сколько времени. И знает обо мне все. Абсолютно все.
Терпение Джеммы и вправду было на исходе, тон ее стал резким. То, как она время от времени барабанила пальцами по столу, как ерзала на стуле… Совсем как много лет назад. Ему это в ней некогда нравилось. С ней никогда не бывало скучно. В отличие от других девчонок в классе, которые, похоже, склонялись к тому, чтобы почти ничего не делать, прилагая ко всему как можно меньше усилий. А вот Тео всегда плыла против течения. Всегда излучала такую вот злую энергию.
Аллан никогда этого не понимал. Конечно, Тео ему тоже нравилась, но ему было невдомек, почему Стив настолько зациклился на ней. «Она ведь даже не симпатичная!» – говорил он. Как будто это было каким-то минимальным требованием. Как будто они оба были такими писаными красавцами, что у них могли быть свои строгие стандарты касательно того, как должна выглядеть девушка.
Стив всегда считал, что такая девчонка, как Тео, появляется раз в жизни. Такая талантливая, сообразительная, веселая… И ей нравились пацанские развлечения – например, компьютерные игры и комиксы, и это было реально круто – они могли разговаривать на эти темы часами.
– Я почти уверен, что Теневик живет где-то в Крамвилле, потому что…
– Прости? – Стив попытался сосредоточиться. – Кто-кто?
– Теневик, – повторила Джемма. – Так я его про себя называю.
– Это самое ужасное прозвище на свете.
– Нет, это не так, – ощетинилась Джемма. – Оно просто идеально подходит. Потому что я не знаю, кто он такой, и он скрывается… ну, сам понимаешь. В тени.
– Ты говоришь о нем, как о каком-то злодее из «Скуби-Ду».
– Отчасти в том-то и дело, Стив. Хорошо, как бы ты сам его назвал?
– Да практически как угодно.
