Чувствуя что тело отяжелело от усталости Александр снова последовал за ней. Ванная и туалет оказались лучше чем он ожидал, здесь была даже горячая вода! Какой приятный сюрприз! Неудивительно что квартирная плата оказалась такой большой. По сравнению с тем как живут сейчас большинство советских людей это настоящий рай!
Наскоро умывшись и вытершись полотенцем Саша вышел в коридор и обратил внимание на высокие потолки, гораздо выше чем в квартирах будущего. Скорее всего, раньше такие хоромы могли себе позволить мещане, причём зажиточные. Про более обеспеченные классы и говорить нечего, для них даже такая квартира не самый лучший вариант. Рабочим и крестьянам жильё подобно этому явно не светило. Да и сейчас в Москве или Ленинграде крупные партийные чиновники, а также генералы, наркомы и тому подобная публика живут в особых квартирах. Общество-то равное, как проповедуется с трибун, но кто-то всё равно выделяется. Ну что ж, поживу как капиталист-эксплуататор, пошутил он сам над собой.
— Кстати, Матильда Витольдовна, а Арина Аркадьевна с семьёй тоже жила в этой комнате? — спросил он, зайдя в гостиную где хозяйка снова взяла своё шитьё.
— Конечно нет, Сергей! — удивлённо ответила дама, подняв на него взгляд. — Они жили в двух других комнатах, но я решила не селить вас туда. Они… были очень неаккуратны с обстановкой, особенно их мальчишка! Шумный, крикливый, бестолковый! Я очень рада что они, наконец, уехали! — призналась она, облегчённо вздохнув. — После них там надо основательно наводить порядок… Скоро придёт Ванда… это моя служанка… — пояснила женщина. — Она тоже не любила эту семью. Мужчина ещё ладно, он всё время на работе был да и дома спокойный… а вот Арина Аркадьевна и её сын… Знаете, про таких говорят «Из грязи в князи!» Поднялись снизу, появились деньги а замашки те же остались, простонародные. Никакого уважения к другим людям! А уж про манеры и говорить нечего! Настоящие парвеню! — припечатала она и вдруг покраснела. — Извините меня, молодой человек, что-то я разговорилась… Просто накатило что-то вот я и…
— Не извиняйтесь, Матильда Витольдовна, я вас отлично понимаю! — заверил он, подходя к ней. — Поверьте, на вашем месте я бы вообще не стал терпеть такое хамское отношение к благородной и красивой женщине как вы! Но теперь всё изменилось, можете быть уверены! Я не доставлю вам никакого беспокойства, сударыня! — как бы между прочим ввернул он старорежимное словечко.
И увидел что она приняла это как само собой разумеющееся. Ещё один кирпичик в пользу его версии о её происхождении… Неудивительно, каждый день видеть в своей уютной квартире чужую семью, беспардонно себя ведущую, и не иметь возможности выселить их. К тому же она, скорее всего, аристократка а семья Арины Аркадьевны явно простая.
— Поэтому хочу ещё раз сказать вам спасибо что приютили меня, и засвидетельствовать своё почтение вашим гостеприимством, очаровательная Матильда Витольдовна! — а потом, не дав хозяйке опомниться, взял женскую ручку и поцеловал её, словно галантный кавалер прошлого. — К сожалению, в дороге я сильно устал и хочу сейчас же опробовать вашу постель… Думаю, она мне очень понравится! — пикантно намекнул он. — Насчёт обеда не волнуйтесь, я не голоден, а если проснусь вечером то что оставите тем и удовольствуюсь. Приятного вам дня, сударыня!
И вышел в коридор, оставив женщину, судя по глазам, в приятном удивлении. Что ж, нужное ему впечатление на неё Саша произвёл, намёки сделал, пусть теперь думает-гадает-зреет. А он пойдёт, наконец, и завладеет её постелью… В смысле, ЕГО постелью, конечно же! Зайдя в «красную комнату» Александр быстро разделся до трусов, откинул покрывало и со вздохом наслаждения улёгся на мягкую кровать. Похоже, перина-то пуховая? Как же хорошо! Глубоко вздохнул, повернулся к стене и тут же провалился в сон.
Берлин.
16 мая 1940 года. День.
Штурмбаннфюрер СС Вальтер Шелленберг.
Она была красива! Даже просто смотреть на неё приносило ему удовольствие. Бог или дьявол, неизвестно кто именно, сполна одарил эту женщину в плане внешности словно специально созданную на погибель мужчинам…
Роскошные золотистые волосы ниже плеч притягивали внимание, так и хотелось взять и погладить их между пальцами. Стройная фигура в тонком платье нежно-голубого цвета чуть ниже колен тоже сбивала его с делового настроя и заставляла вспоминать тот единственный раз когда Вальтер смог увидеть её без одежды. Длинные ноги в туфлях на высоких шпильках скрывались под подолом, закинутые друг на друга. Грудь, не менее третьего размера, тщетно рвалась выбраться из плена платья но ткань надёжно скрывала её от нескромных взглядов, даже несмотря на узкий и глубокий вырез между приятными мужскому глазу холмиками.
