— Хуйчик⁈ Это просто пиздец… Фамилия ещё хуже имени… — сокрушённо сказал Александр, и с сочувствием спросил: — У тебя что, отросток такой маленький? Или это наследие предков?
— Нет! Вуйчик я! Яцек Вуйчик!!! — громко закричал униженный преступник.
— Ах Вуйчик? Так бы сразу и сказал… — удовлетворённо кивнул Саша. — Про твоего дружка спрашивать не буду, не интересен он мне. Ладно, кто ты такой я узнал. А вот на второй вопрос ты мне не ответил. Ну что ж, на нет и суда нет…
И снова начал нажимать на большой палец поляка.
— Подожди!! — снова воскликнул Вуйчик-«Хорёк», глядя на него со смесью страха и ненависти. — Я не могу тебе платить, русский! У меня есть старший! Если хочешь здесь работать то говори с ним! Он здесь главный!
— Русский? Чёрт, я же забыл представиться! Где мои манеры… — тяжело вздохнул Саша, снова чуть отпуская поляка. — Знаешь, называй меня… Хм… Царь! Просто Царь! Скромно но приятно! Понял или повторить⁈ — опять усиление давления.
— Да-да, Царь, я запомнил! — быстро закивал Яцек, стараясь потихоньку вытащить ладонь из захвата. Естественно, с нулевым результатом.
— Вот и хорошо, умный пшек… — улыбнулся Александр, кинув взгляд назад.
«Бычок» по-прежнему лежал на земле но уже не стонал. Видимо, всё ещё приходил в себя. Пусть и дальше отдыхает…
— Давай поговорим о твоём старшем! Как его зовут? Кто он? — наконец-то речь зашла о том что интересовало Сашу с самого начала.
— Он… Он наш старший… Его кличут Сова! — начал рассказывать Вуйчик, малость притихнув. — И за то что ты напал на нас он тебя порежет на маленькие кусочки!
— О, расхрабрился, Хуйчик? — усмехнулся Александр, резко нажав на ладонь. — Нет, всё-таки не нужен тебе палец! Да и чёрт с ним!
— НЕТ!!! Прости-прости, Царь!!! — заполошно крикнул Яцек, снова в панике задёргавшись. — Это не угроза! Я просто говорю что он захочет с тобой сделать! И всё! Не ломай, матка-Боска! — на его глазах показались слёзы, от боли или от унижения.
— А, ну тогда ладно… — согласился Саша, опять ослабляя нажим. — Значит так, у меня тут ещё много дел, поэтому передай своему Сове моё предложение — если он хочет получить этот вокзал обратно то пусть выкупает его… Цена? Десять тысяч советских рублей. Или оружие на ту же сумму. На всё про всё у него есть время до послезавтрашнего вечера, понял? В десять часов пусть стоит… тааак… стоит возле входа в костёл Святой Эльжбеты. Один! Иначе не подойду! А потом возьму всех своих кентов… ты же не думаешь что я сюда один приехал?.. возьму кентов и устрою тут настоящую войну. Мы будем просто вырезать вас всех без всякой жалости, потому что теперь это наш город! Ни милиция ни кто ещё мне не помешает, можешь поверить… Поэтому, если хотите тут жить то выкупаете вокзал… И, конечно, отстёгиваете мне половину своих трудовых доходов. Запомнил, быдло?
Александр специально вёл себя по беспределу, отлично зная что его требования невыполнимы. И дело даже не в огромной сумме. Просто для гордых поляков, тем более преступников, прогнуться перед наглым русским на своей же территории… Это упасть ниже плинтуса. Именно поэтому Саша и унижал Яцека, чтобы тот в красках расписал своему главарю о нём. Наверняка этот «Сова» будет в ярости и завтра постарается схватить или, в крайнем случае, прикончить его. На что и рассчитывал Александр…
Были два варианта.
Либо тот придёт один а большая часть банды спрячется поблизости. Или же вся шобла соберётся открыто, ожидая русского «Царя»… Хотя нет, место людное, если там соберутся десятки человек то местные жители могут попытаться вызвать милицию. Значит, скорее всего, первый вариант? Но на всякий случай следует подготовиться к обоим. Конечно, очень плохо что у него из оружия только нож, а огнестрела пока нет, но учёба в центре осназа «НКВД», пусть и неполный курс, не прошла даром, есть пара идей как сократить поголовье польского преступного быдла…
— Да, запомнил, Царь… — прохрипел Вуйчик, тяжело дыша.
Саша заметил как полыхнули яростью глаза Яцека когда он назвал его любимым польским ругательством по отношению к русским. Должно быть особенно обидно когда тот самый «русский быдло» называет так тебя самого? Ничего, пусть привыкает, сучонок. За все что натворили предки этого вот Хуйчика станут отвечать их потомки. И за Смуту и за Варшавскую заутреню, когда восставшие поляки убивали не только застигнутых врасплох солдат гарнизона Варшавы но и всех встреченных русских, в том числе беззащитных женщин. Да, потом Суворовские чудо-богатыри жестоко наказали повстанцев и жителей польской столицы за такое злодеяние, но погибших-то было уже не вернуть…
— Вот и хорошо, теперь можешь забирать своего напарника и валить с моей территории! — презрительно улыбнулся Саша, глядя как униженный Яцек с трудом встаёт на ноги, избегая смотреть на него.
