Эсэсовец, лёжа на траве, с улыбкой наблюдал за хаотично метавшейся любимой. Та попыталась одновременно застегнуть на груди платье и подтянуть сползший чулок. Не получилось. Тогда она сначала справилась с воротом, поправила державшуюся на одной заколке медицинскую шапочку и потом, постоянно вглядываясь сквозь кусты в сторону Марты, начала заниматься нижней частью своей одежды.
Схватилась за трусики, натянула их, охнула от удивления, пощупав чулки. Ну да, намочила их сильно, тут всё ясно. Поколебавшись, быстро отстегнула их от пояса, сняла и засунула в карман халата, красная от смущения. Наткнулась взглядом на Гюнтера, неторопливо застёгивающего свои штаны… и вдруг прыснула от смеха, глядя на его пах.
Подняв брови от удивления Шольке тоже посмотрел вниз и коротко выругался. Потому что на ширинке не хватало двух пуговиц. Кто был виновником долго гадать не нужно, и так понятно. А судя по торчащим ниткам пуговицы были вырваны с мясом, вернее в порыве страсти…
— Извини, любимый, я не специально… — опустила глаза Лаура, кусая губы чтобы не рассмеяться снова. — Так получилось.
Гюнтер тяжело вздохнул, застёгивая оставшееся.
— Да ладно, ничего страшного. Проживу и без них.
Он не стал говорить что новая порция шуток по поводу внешнего вида ему обеспечена, ни к чему ей знать. Конечно, подчинённые слова лишнего не скажут но улыбки за спиной точно будут, к гадалке не ходи. Надо бы побыстрее зашить, вот только как? И чем? Он же в передовом дозоре а не в тылу. А уж сбагрить эту работу другому, вообще не вариант. Да, сама Лаура смогла бы исправить последствия своей страсти вот только не было ни времени ни самих пуговиц, лежащих в траве где-то в радиусе нескольких метров. Пусть не иголка в стоге сена, но…
Через пару минут, когда они более-менее привели себя в порядок и выбрались из-за кустов, их встретила Марта, не слишком успешно делая вид что ни о чём не догадывается. Сначала та глянула на отводящую взгляд Лауру и слегка улыбнулась. Потом стрельнула глазами на его невозмутимое лицо… опустила взор ниже пояса… и быстро отвернулась. Её плечи беззвучно затряслись от смеха а Шольке опять вздохнул. Да и чёрт с ними, с этими пуговицами! Полученное и доставленное удовольствие этого стоит!
— Вы готовы? Тогда идёмте скорее, там вот-вот поедут! — поторопила их девушка, взяв Лауру под ручку и увлекая вперёд.
До опушки они добрались через минут пять, поскольку шли не торопясь, видя силуэты машин на дороге. Что-то сказав подруге Лаура отошла от неё и приблизилась к нему. В волнении потёрла руки и подняла к нему счастливое лицо, излучающее любовь. Глаза девушки с нежностью смотрели на него:
— Гюнтер, большое тебе спасибо за то что ты нашёл возможность приехать ко мне… Я очень скучала по тебе, ты не представляешь как… И так напугалась когда узнала что ты был в Вадленкуре, сражаясь с французскими танками. Это было ужасно!
— Забудь, всё уже давно кончилось, милая! — отмахнулся он, улыбаясь в ответ. — Главное, мы живы! И я тоже по тебе сильно скучал, любимая!
— Я знаю, Гюнтер, ты очень доходчиво мне это доказал! — тихо засмеялась она, оглянувшись на Марту, стоявшую в отдалении. Та сделала ей какой-то знак, от которого «Цветочек» замялась.
— Милый, я хочу тебе кое-что сказать… — медленно начала она, кусая губы. — То есть, признаться.
— По машинам!!! Всем занять свои места!!! — прогремел над дорогой чей-то командный голос и вокруг десятков автомобилей тут же забегали люди. Солдаты торопливыми затяжками докуривали сигареты, подтягивали ремни амуниции и закидывали на плечо оружие, выходя из тени деревьев на открытый солнцепёк. Водители в последний раз осматривали технику и залезали в кабины. Офицеры отдавали приказы и занимали места рядом с ними.
— Лаура, быстрее! — крикнула Марта, подгоняя девушку.
Та снова на неё оглянулась, впилась в него глазами, опустила их:
— Я хотела признаться что…
— Я слушаю тебя, любимая! — поторопил её Гюнтер, чувствуя что времени больше нет. Наверняка Бруно уже ищет его, а он чёрт знает где.
— Я…
— Лаура!! — снова напомнила о себе Марта, отчаянно машущая рукой.
— Я люблю тебя, мой дорогой Гюнтер! — наконец, призналась девушка и, встав на цыпочки, крепко его поцеловала.
Он с радостью ответил, прижавшись к мягким губкам, опухшим от поцелуев.
— Я тоже тебя люблю и всегда буду любить! — искренне заверил он, с трудом заставив себя оторваться от неё.
— Пожалуйста, береги себя, ладно? — попросила она, беря его за руку и мягко увлекая к дороге. — Я не смогу без тебя жить. Не будет тебя, не будет и меня.
— Конечно, даже не сомневайся! — жизнерадостно заверил Шольке, быстрым шагом направляясь к дороге. — Гибель в моих планах точно не значится. А вот ты себя точно побереги, поняла?
— Так точно, господин оберштурмфюрер! Ваше приказание будет выполнено! — весело смеясь, ответила Лаура, дурашливо козырнув.
— Давай, родная, меня уже ждут! — они подошли к длинному автобусу, почти заполненному медиками обоего пола. Среди всего этого гама Гюнтер с трудом расслышал вопрос Марты, обращённый к его девушке:
— Ну что, ты сказала ему?
