— Извините, Матильда Витольдовна, я не специально… — развёл руки Саша, после того как поднял книжку и вручил её даме обратно. Надо же, интересное чтиво выбрала бывшая аристократка — «Мадам Бовари» 1856 года выпуска. — Просто вы так увлеклись книгой что не услышали меня. Вам нравится творчество Густава Флобера? — поинтересовался он, присаживаясь в соседнее кресло.
Та слегка смутилась но не отвела взгляд.
— Да, мне нравится как он изобразил характер героини, её мысли, чувства, мечты… — подтвердила она, и добавила: — Я перечитываю этот роман уже много раз но при каждом прочтении открываю для себя что-то новое.
— Хм… Ну что ж, тогда могу вам порекомендовать ещё несколько произведений, в чём-то схожих с Мадам Бовари… — Александр с трудом удержался от заговорщицкой улыбки, постаравшись сохранить серьёзное выражение лица.
— Например? — квартирная хозяйка вопросительно подняла брови.
— Книга Дэвида Герберта Лоуренса «Леди Чаттерлей»… — Саша чуть исказил название чтобы не насторожить даму. — Насколько я знаю эта книга издана в 1928 году. В Англии был небольшой скандал по этому поводу, к сожалению, подробностей не знаю. Но, уверен, что нет дыма без огня. Что ещё? Вы читали «Леди Макбет» Лескова? — непринуждённо спросил он.
На этот раз спокойствие женщины оказалось нарушено. Взгляд вильнул в сторону, тонкие пальцы дрогнули а лицо чуть порозовело.
— Да… Я знакома с этим романом. Очень… — дама попыталась подобрать подходящее слово… — Очень необычная книга.
— Вам понравилась? — тут же поинтересовался Александр, не спуская с неё глаз.
— Не совсем… — женские пальцы забегали по подголовнику кресла ещё быстрее. — Эта женщина поступила ужасно, ей нет оправдания!
— Но всё же?.. — напирал Саша. — Какой вывод вы сделали, прочитав эту книгу?
Матильда Витольдовна помолчала, словно колеблясь, но потом решилась:
— Что иногда женская любовь бывает настолько сильна что ей нет границ… — призналась она, посмотрев ему прямо в глаза. — Понимаете, абсолютно никаких. Ни моральных, ни законных… Полное самоотречение и самопожертвование ради любимого человека! Я не понимаю такую любовь, но… она трогает за живое.
Несколько секунд в комнате было молчание, нарушаемое лишь ходом напольных часов в углу комнаты. Оба не отводили друг от друга взгляд, словно стараясь что-то увидеть у собеседника. Саша хотел продолжить этот разговор, поскольку ему показалось что сейчас женщина чуть приоткрыла свою душу и между ними появилось некое единение. Словно их соединила ещё одна тонкая нить которая, возможно, в будущем станет укрепляться… И тут всё испортил окончательно потерявший терпение желудок, снова заурчав на всю комнату!
Александр тут же с досадой заметил как это интимное молчание пропало, сменившись обыденностью. Матильда Витольдовна встрепенулась, отложила книгу на столик и встала, улыбнувшись:
— Извините, Сергей, вы же, наверное, очень голодны? Ванда сегодня сделала вкусный рассольник, буду рада если вы отведаете это блюдо.
Он виновато вздохнул и улыбнулся в ответ:
— Не буду отрицать, прекрасная сударыня, голоден как будто постился неделю на хлебе и воде. С удовольствием вновь опробую плоды трудов вашей служанки, Матильда Витольдовна!
И они направились на кухню…
…Невольная голодовка или же сам рассольник были тому причиной но Александр опустошил первую тарелку всего за несколько минут, с трудом стараясь есть прилично. Понимающе улыбнувшись квартирная хозяйка налила ему вторую порцию, приготовила чай, поставила сахарницу с печеньем, снова пожелала приятного аппетита и ушла обратно.
Разделавшись со второй тарелкой чуть медленнее чем с первой Саша, наконец, почувствовал себя почти сытым. Желудок снова урчал, но теперь как довольный кот которого гладили по животу. Выпив кружку сладкого чая с печеньем он блаженно улыбнулся. Как же хорошо жить когда сытый, здоровый и полный сил! Ещё бы женщину под бок и совсем лепота… Ну ничего, предчувствие почему-то подсказывало что скоро и это его желание исполнится.
Помыв за собой посуду, несмотря на просьбу Матильды Витольдовны просто оставить её в раковине, Александр вернулся в гостиную, намереваясь кое о чём попросить женщину.
— Вы уже поужинали, Сергей? — встретил его голос квартирной хозяйки когда он переступил порог комнаты. — Как вам рассольник?
На улице наступили сумерки и дама зажгла настольную лампу чтобы продолжать читать. В результате гостиная, освещённая мягким светом из-под матерчатого абажура, погрузилась в интимный полумрак, рождая в голове неясные мысли и желания.
— Спасибо! У меня просто нет слов, Матильда Витольдовна, чтобы выразить своё удовольствие вами! — восторженно ответил он, с весёлой улыбкой снова садясь в кресло рядом с женщиной. — Поправлюсь — не только вами но и Вандой. Вы снова спасли меня от голодной смерти и в который раз я возношу хвалу Богу что у вас есть такая опытная помощница по хозяйству!
