— А если нет? — осторожно поинтересовался Гиммлер.
— Значит нет! — отрубил фюрер, снова нахмурившись. — Каждое судно, везущее в своих трюмах вооружение для островитян и пропущенное в Англию, или наоборот, стоит намного дороже чем один человек, даже этот ваш агент! Мы не имеем права давать врагу передышку! И вообще, после этих трёх дней отдыха я хочу отдать приказ о неограниченной подводной войне! Больше никакого рыцарства по отношению к англичанам! Они этого не заслуживают! Что же касается американских и всех других кораблей не воюющих с нами стран… Позже я скажу что с ними делать! — Гитлер, видимо, ещё не определился как относиться к нейтралам.
Только рейхсфюрер хотел подтвердить получение указания как фюрер снова заговорил:
— Есть ещё одна проблема, Генрих, касающаяся Англии…
Гиммлер изобразил на своём лице предельное внимание и сосредоточенность.
— По своим каналам немедленно предупреди всех наших сторонников в Англии о том что правительство Черчилля вот-вот возьмёт их под стражу. Сестёр Митфорд, Мосли и всех других которые лояльны Германии. Пусть готовятся к отъезду, если не уверены в своей безопасности. Посольство в Лондоне получит соответствующее распоряжение. Но если не захотят уехать то пусть остаются. Их связи и влияние помогут нам позже. Хорошо что герцог Виндзорский, бывший английский король, вместе с этой шлюхой Симпсон находятся во Франции. Не допусти чтобы их увезли с собой англичане, они понадобятся как только я займусь Англией вплотную. Как найдёшь то вежливо пригласи их ко мне в гости, в Берлин… — размеренно диктовал Гитлер, а рейхсфюрер старательно запоминал, на ходу планируя свои действия в отношении этих людей. — Пока всё, Генрих, можешь идти. Если понадобишься то тебя известят.
— Слушаюсь, мой фюрер! — он встал с кресла, попрощался с Гитлером и вышел за дверь, услужливо открытую Отто Гюнше.
Уже на улице, садясь в машину, Гиммлер смог расслабиться. Ещё одна встреча прошла нормально, его не сняли и даже не кричали с пеной у рта. Пусть так и будет и дальше, а он постарается чтобы повода у фюрера для этого больше не было.
Франция, г. Бетюн.
22 мая 1940 года. Вечер.
Юджин Питерс, лейтенант армии Его Величества.
— Не растягиваемся, парни! Скоро привал! — раздался рядом с ним зычный голос сержанта Барнса и его подразделение, ругаясь сквозь зубы, задвигалось чуть живее, напрягая последние силы. Звук шагов и стук амуниции стал чаще.
Подразделение… группа из тридцати с небольшим солдат, часть из которых вообще чёрт знает откуда! Полное дерьмо! А ведь совсем недавно всё было по другому! Как такое могло случится⁈ Ясного ответа не было. Вернее, он был, только не хотелось его осознавать, настолько горьким это казалось…
Пройдя по пыльной улице города взвод лейтенанта Питерса вышел на Главную площадь, уже заполненную отдыхающими войсками. Над всеми ними господствовала высокая башня с часами наверху. Ещё на площади стояла церковь в честь какого-то святого. Несомненно, рядовой Клэптон, их ходячая энциклопедия, мог бы с подробностями рассказать многое об этой башне, церкви и Бетюне в целом, но Юджина сейчас меньше всего интересовали французские древности.
Найдя свободное местечко недалеко от башни лейтенант Питерс осмотрелся и устало сказал Барнсу:
— Сержант, остановимся здесь. Пусть люди располагаются а сам возьми пару человек и найди мне того кто командует всем этим бедламом. Если повезёт то тут окажется и наш штаб вместе с кухней. Как найдёшь — доложи, иначе мы рискуем оставить здесь свои кости навечно.
— Сделаю, господин лейтенант… — кивнул тот и, развернувшись назад, заорал: — Эй, улитки беременные, скидывайте всё сюда и отдыхайте на каменных перинах! Ричардсон, Хартли, со мной!
Солдаты, кряхтя и охая, бросили на брусчатку свои пожитки и разлеглись прямо на расстеленных шинельных скатках. Питерс отлично видел что люди устали не на шутку и продолжать марш до утра было бы полным безумием. Отдых необходим как воздух. Не прошло и пары минут как бойцы захрапели, не обращая никакого внимания на гул голосов совсем рядом. Неудивительно, они шли почти весь день без отдыха, после того как немецкие самолёты разнесли к чертям их грузовик «Matador» и два «Universal Carrier», стоявших рядом. В том налёте погибли Джордан и Айртон, пусть Господь сохранит их души. Хорошие были ребята, что тут ещё сказать. С тех пор им пришлось передвигаться на своих двоих… Барнс с двумя солдатами испарился среди многоголосой толпы и Юджин, увидев что все его люди отдыхают, решил сделать так же. Расстелил свою шинель, в районе головы подложил под неё каску, рядом винтовку и закрыл глаза. Но сон, несмотря на то что ноги гудели, упорно не шёл. Нахлынули воспоминания…
