Прошло пара минут в таком напряжении когда вдруг позади вражеских позиций раздался особенно мощный взрыв. Огонь взметнулся выше уцелевших деревьев и Шольке на миг показалось что он заметил в бинокле какую-то длинную трубу похожую на орудийный ствол, взлетевшую в воздух и снова пропавшую. Странно, на вооружении англичан сейчас нет даже шестифунтовых противотанковых орудий, что же там было? Хм… Зенитка? Британский аналог «восемь-восемь»? Как вариант. Ладно, уже неважно, поскольку приободрённые парни из Панцерваффе снова начали бодро наступать. Похоже, они уже совсем рядом с вражескими позициями, сейчас раздавят последнее сопротивление союзников и через пять минут достигнут моста, отрезав защитников на других участках обороны от последнего наземного пути спасения. Дело в шляпе? Сейчас будет ясно…
Южные окрестности Дюнкерка, Франция.
27 мая 1940 года. День.
Гюнтер Шольке.
…Увы, проклятые англичане явно не желали подыхать, освобождая проход в город. Буквально через несколько секунд, когда Гюнтер был уверен что солдаты Вермахта сметут готовую вот-вот рухнуть вражескую оборону, перед основной массой немецкой пехоты и танков, а также среди неё, взметнулись огромные султаны взрывов! На глаз примерно такие же какие бывают от работы своих тяжёлых 15-cm гаубиц. Но откуда? Это явно не могли быть свои пушки, по плану во время атаки на предмостное укрепление они должны были молчать, пополняя БК или меняя позицию.
Неужели союзники сумели сохранить часть тяжёлой артиллерии и теперь вызвали её на помощь в критической ситуации? На окраине Ватандама, после отступления(бегства) противника, Шольке попалась на глаза 25-фунтовая британская гаубица, прицепленная к полусгоревшему тягачу «Matador». Само орудие было целым, а вот таскавшей её машине не повезло. Скорее всего, английские артиллеристы уже прицепили свою гаубицу и хотели уехать, после того как стало ясно угрожающее положение защитников города, но шальной снаряд или атака «воздушного пехотинца» Люфтваффе не дали им это сделать в последнюю минуту. Получается, это был не самый крупный калибр оставшийся у противника? Хреново дело…
Тем временем огненный шквал продолжал бушевать, уничтожая без разбора всех кто попал под его ярость, в том числе и выживших британских солдат, схоронившихся в окопах. Сквозь гейзеры земли и плотной пыли видимость сильно ухудшилась но по мелькавшим в дыму фигуркам и хаотично метавшейся в поисках укрытий техники было заметно что артналёт оказался полной неожиданностью для наступавших. Наконец, видимо, кто-то отдал приказ и из дымного облака начали появляться выжившие солдаты и техника, быстро отходившие назад. Но если танки и бронетранспортёры отступали более-менее организованно, пытаясь сохранить порядок, то пехотинцы явно просто бежали, стремясь любой ценой вырваться из этого ада. Доказательством этому служило отношение к своим же раненым, лежавшим на земле и звавшим на помощь. Их товарищи не обращали на бедняг внимания даже когда оказывались рядом, улепётывая во весь дух, причём у некоторых не было с собой оружия.
Шольке скрипнул зубами, вспомнив штабной слух о том что 94-я пехотная дивизия почти полностью состояла из новобранцев, ни разу не участвовавших в настоящем бою. Говорили что она не успела принять участия в польской кампании, хотя была сформирована ещё в сентябре прошлого года, и только теперь командование бросило её в бой. Что ж, сам Гюнтер наглядно видел что происходит с боевым подразделением, до этого стрелявшим только в мишени на стрельбище. Память «услужливо» подкинула ему воспоминания первого боя самого «Лейбштандарта» в Польше… Это было полное дерьмо, иначе и не скажешь!
