— Оберштурмфюрер, разрешите заменить нашего водителя? Он молодой, растеряется на миг и всё…
Тот возмущённо вскинулся, сверкая глазами:
— Унтершарфюрер, я справлюсь! Я смогу, мне…
— Не в этот раз, парень, не в этот раз! — жёстко отрубил Зигель своим командирским голосом. И сказал, уже Гюнтеру: — Пришлю Майснера, он самый лучший водитель. Командир?
— Давай, только быстро! — согласился Гюнтер, резонно решив что иметь рядом опытного водителя куда безопаснее для себя чем того кто неделю назад ещё разъезжал на полигоне. Мариус тут же вылез наружу, вытащив за собой недовольно бурчащего эсэсмана.
Георг прибежал через две минуты, шумно отдуваясь. Схватился за края люка и, изогнувшись как кошка, тут же оказался внутри, ни обо что не ударившись. Сразу видно что он собаку съел на таком манёвре. Свалился на сиденье, схватился за руль, дал газ и «Здоровяк» лихо помчался по измочаленной «зелёнке», чтобы скоро выскочить на открытое место.
Восьмиколёсная бронированная машина неслась вперёд, под управлением Майснера виртуозно объезжая воронки и поваленные стволы деревьев. Георг при этом ещё умудрялся разговаривать:
— Командир, мы что, правда едем спасать пухлую задницу птенца Мильха? — прокричал он сквозь гул двигателя. — Хорошенькое дело, терпеть не могу этих изнеженных и надменных болванов, считающих что все кто ползают по земле им в подмётки не годятся.
— А ты что, уже успел узнать какая у пилота задница? — расхохотался Шольке, приникнув к прицелу. Но там, кроме мелькающих с большой скоростью веток деревьев, ничего интересного не было. — Не ожидал я от тебя такого, Майснер, никак не ожидал! Думал что ты больше по девушкам но, выходит, ошибался…
— Да ну вас, командир, я же так просто… — отшутился тот, мастерски проехав между двумя большими воронками. — Вы серьёзно про летуна?
— Да, Майснер, именно так! Слушай меня внимательно! — посерьёзнел Гюнтер, не отлипая от прицела: — Через полминуты мы выскочим перед мостом и рванём прямо к нему. Делай что хочешь, вертись как хочешь но не дай в себя попасть! Твоя задача — подвезти меня к проходу между «ежами» и высадить. Дальше я побегу сам, потому что в проходе наверняка противотанковые мины, ты подорвёшься. Могут быть и противопехотки но не факт, им же нужно было оставить на крайний случай возможность пехоте переправиться по мосту. Да и увижу я их на голом асфальте, а противотанковые могут засунуть поглубже. Я стану вытаскивать пилота а ты спрячься за «ежи», они стоят плотно да и высота почти два метра, от снарядов могут защитить. Или за остов «четвёрки» отойди, сам выберешь. Главное — смотри на меня. Как доберёмся с ним до прохода и увидишь как махаю рукой то сразу подъезжай с открытым люком. Потом отход тем же способом. Вопросы?
— Ммм… А если меня всё-таки подобьют? — спросил Майснер, чуть снизив скорость чтобы проехать рядом с накренившимся деревом.
— Тогда бросай «Здоровяка» и ползком назад! Сами с ним выберемся! — твёрдо сказал Шольке. — Ты для меня намного важнее чем машина, запомни! Я бы сейчас и тебя не взял но без водителя никак…
Георг помолчал несколько секунд а потом задорно крикнул:
— Не беспокойтесь, командир, старина Майснер вас не подведёт! Не родился ещё тот стрелок который сможет в меня попасть, ха-ха-ха!
Заросли как-то внезапно расступились и броневик на максимальной скорости буквально вылетел на дорогу перед мостом. Гюнтер тут же перевёл прицел на самолёт с бронетранспортёром, которые находились вплотную друг к другу. Из-за гусеничного «француза» сам истребитель было почти не видно, только из-за корпуса поднимались густые клубы чёрного дыма и красные всполохи огня. Похоже, пламя уже полностью охватило переднюю часть «Ме-109» и теперь ползло дальше к кабине. А ведь совсем близко находятся баки самолёта, времени очень мало!
В следующую минуту Шольке почти уверился в том что Майснер настоящий бог в области вождения лёгкой боевой техники. Гюнтера кидало на сиденье командира из стороны в сторону и он не получил увечий только потому что обеими руками крепко вцепился в выступы казённой части орудия броневика. Смотреть в прицел при таких рывках не было смысла, да и опасно для здоровья. Оберштурмфюрер прилагал все силы чтобы не разбить голову, пусть даже та была в шлеме, и подсознательно ждал когда всё это закончится.
А Георг двигался по одной ему ведомой системе. «Здоровяк» несколько секунд ехал прямо а потом, используя уникальные качества рулевого управления машины, резко бросался в сторону. Иногда останавливался, снова нёсся во весь опор, крутил «петли» словно загнанный заяц и делал всё чтобы вражеские артиллеристы никак не могли предугадать его следующий манёвр. Наверняка те пытались стрелять с упреждением, это подтвердили несколько глухих взрывов поблизости, которые услышал Шольке через броню. Но у них ничего не вышло, узкий корпус германского броневика в лобовой проекции представлял собой сложную цель, а останавливаться боком для удовольствия противника Майснер не собирался.
Наконец, эта пляска смерти временно закончилась, поскольку Георг вдруг резко остановился и заорал:
