Тяжёлая ноша буквально согнула его, когда он взял «Bren» в руки и прижал к груди словно ребёнка. Сам Барнс был крепким мужиком, а вес снаряжения обоих, да ещё и пулемёт… Сил хватало только чтобы медленно идти вперёд, не было и речи о каких-то резких рывках, затруднявших прицел вражеского стрелка. Снова удар пули и болезненный крик одного из солдат. Но тут Юджин больше ничем не мог помочь, оставалось лишь сцепить зубы и идти вперёд, молясь Богу о чуде…
Из-за того что он шёл согнувшись и голова была опущена вниз Питерс прекрасно заметил как прямо под его ногами взрыхлилась земля от попадания пули. Чёрт, ещё бы пару дюймов и неведомый мерзавец попал в него! Надо бы ускориться, но никак, тяжесть ноши не позволяла.
Между тем спасительная зелень приближалась, ещё минута-две и он сможет перевести дух… Скорее! Шуххх! Что-то очень сильно дёрнуло его за кобуру и отшвырнуло её прочь вместе с револьвером, оставив на поясе только ремень. Сама кобура была наполовину разорвана пулей, выпавший «Webley» лежал на земле со вмятиной на закруглённой рукоятке. Нечего было и думать поднять его. Руки заняты да и, честно говоря, на войне от него мало толку, в отличии от пулемёта.
Похоже, эта немецкая сволочь специально играет с ним! Ну конечно, так и есть! Стреляет максимально близко, но так чтобы не задеть а только нагнать страху. Заставить бросить товарища и бежать, радуя врага своей трусостью. Ну уж нет, невидимый нацист не увидит этого жалкого зрелища! Он спасётся вместе с Барнсом или они оба останутся на этом перепаханном воронками поле.
Опять выстрел и ещё один его солдат в нескольких метрах левее беззвучно падает лицом вниз, роняя оружие. Это «старик», бывший лондонский почтальон Пирсон, хороший парень и неплохой стрелок, нашёл свою кончину, перед этим сумев выжить в Ватандаме. Умник Клэптон выругался на одном из чужих языков, присел на колено, выстрелил куда-то из винтовки и тут же сменил позицию, стараясь не стоять на месте. Неплохо для недавнего школьного учителя. Впрочем, война отличный стимул для учёбы, если хочешь жить.
Деревья и кусты, почти не тронутые вражеским огнём, уже совсем близко! Осталось чуть-чуть! Его солдаты, идущие впереди из последних сил, ввалились туда и упали на землю, тяжело дыша и не веря что выжили. Обливаясь потом и хрипя от напряжения Юджин почти достиг зарослей но тут, как на зло, под ногу подвернулся корень и он, не удержав равновесия, буквально свалился в кусты, чудом не ткнувшись носом в землю. Одновременно, совсем близко с головой, что-то коротко свистнуло и от ствола молодого деревца, стоявшего чуть в глубине рощи, отлетел кусок коры. Мимо!
Осторожно переложив стонущего Барнса на землю Питерс перевернулся на спину, закрыл глаза и счастливо рассмеялся. Он выжил! И сержант тоже! Вражеский снайпер явно заигрался с ними и не успел добить, охваченный азартом охоты… Наверное, сейчас бесится там в своём укрытии и ругается на чём свет стоит? Ну и поделом нацистскому ублюдку, в таких случаях надо сразу стрелять наповал а не бахвалиться, чувствуя себя на коне…
Но долго лежать не было времени, поэтому чуть передохнувший лейтенант приказал двум свободным бойцам наскоро соорудить носилки из двух винтовок и плащ-палатки и двигаться к мосту. Уже и сам хотел идти за ними но возникло навязчивое желание как-то досадить тому кто несколько минут держал его на мушке. И поэтому, отойдя чуть в сторону от того места где он вошёл под сень деревьев, Юджин позволил себе проявить мальчишескую ребячливость — показался из-за крайнего дерева и соорудил из двух рук презрительный жест неведомому немцу. А потом сразу отпрянул вглубь. И, как быстро убедился, очень вовремя! Потому что в ствол дерева одна за другой воткнулись аж пять пуль, осыпав землю клочьями коры… Снайпер явно в ярости что упустил добычу, и это здорово! Чувствуя что его настроение повысилось Питерс улыбнулся, привычно подхватил с земли пулемёт и побежал за своими солдатами. Мост они пересекли без помех, оказались в одном из домов на другой стороне канала, а потом была эта встреча с полковником Болсомом…
…Два часа прошли как две минуты, потому что всё время после ухода старшего офицера Юджин проспал как убитый. Естественно, каких-то ста двадцати минут было явно недостаточно для полноценного отдыха и когда его разбудили то он чувствовал себя разбитым донельзя. Глаза слипались, рот растягивался в зевоте, тело настойчиво тянуло обратно на распотрошённый диван… Но пришлось всё это перебороть и, наскоро сполоснув лицо водой из фляги, выйти наружу. Судя по часам был уже полдень, солнце стояло в зените.
Пока он спал его «старики» сами сделали всё что нужно. Отправили раненых, в том числе сержанта Барнса, в госпиталь на берегу, получили пайки и скудную норму боеприпасов. Также ими усилили гарнизон трёхэтажного дома стоявшего недалеко от дороги проходящей через мост. Конкретно им достался последний этаж и «ветераны» под временным командованием Клэптона уже обустроили позиции в квартирах выходящих окнами на юг.
