Обширный зал ожидания оказался неплохо приготовлен к обороне. Большая часть скамей придвинута к окнам и широкой двери, служа нечто вроде баррикад. Освободившееся место в центре заполнено разными ящиками, сложенными друг на друга, и всяким армейским хламом своих владельцев, видимо, устроивших здесь спальные места прямо на полу. В одном из углов зала, рядом с кассами, было огороженное развешанными шинелями и плащ-палатками пространство с криво нарисованным краской красным крестом. Полевой госпиталь? Под ногами и вдоль стены лежали восемь тел в английской и французской форме, изодранной взрывами и осколками.
Навскидку в помещении было несколько десятков солдат, англичан и французов вперемежку. Почти все они находились возле двери и окон, изредка стреляя наружу, туда где раздавался гул мощных моторов и лязг гусениц. И лишь с южной стороны, там откуда появился Гюнтер с четырьмя бойцами, у них зияла прореха в обороне. Похоже, после гибели тех кто защищал эту сторону вокзала, появление внутри зала ожидания немецких солдат стало для остальных полной неожиданностью, поскольку многие так и продолжали стоять к ним спиной, выцеливая опасность снаружи. Естественно, это не продлится долго, поэтому следовало использовать каждую секунду.
Вскинув пистолет-пулемёт Шольке навёл его на ближайшего солдата, только сейчас решившего обернуться, и снова «МР-38» не подвёл его, исправно отправив в полёт очередную порцию пуль. Третий готов, где четвёртый? Заслышав совсем рядом незнакомые им звуки выстрелов германского оружия остальные враги тоже решили обратить на них своё внимание. Очередь! Ещё одна! Один из «томми», верзила с замотанной грязным бинтом головой, получив в своё широкое и крепкое тело не меньше десятка пуль, захрипел и рухнул на колени, шевеля окровавленными губами. А сам Гюнтер прыгнул под защиту ближайшей кучи ящиков, чувствуя что на него направлены уже несколько винтовок.
— Эти вонючие свиньи уже здесь! — закричал какой-то неизвестный британец сквозь грохот выстрелов. — Прикончите их!
«От свиней и слышу!» — мысленно ответил Шольке, пытаясь определить сколько патронов осталось в магазине. Может ещё и осталось на короткую очередь но лучше не рисковать. В запасе у него было ещё несколько магазинов, заботливо распиханных за голенища сапог, кроме специального подсумка.
Ящики мелко вздрагивали под ударами пуль и Гюнтер не рисковал высовываться, зная что почти наверняка поймает одну из них. Но делать что-то надо, поэтому он вытащил из-за ремня ещё одну «картофелемялку». Враги перекрикивались, пытаясь перебить свалившихся к ним на головы пятерых эсэсовцев, и у них наверняка получилось если бы не другая часть его группы, успевшая проделать тот же путь что и они сами…
Слитное рычание грозных «MG-34» заполнило разгромленный зал ожидания оглушающим грохотом, сквозь который были еле слышны частые щелчки винтовочных выстрелов. Вздрогнув от неожиданности Шольке обернулся к окнам и радостно оскалился. Три пулемётчика его группы, и среди них брат Сосиски, поставили сошки своих «циркулярок» на широкие подоконники и открыли огонь длинными очередями, буквально выкашивая не успевших укрыться союзников.
«Вот уж действительно — смертоносная музыка» — восхищённо подумал Гюнтер, наблюдая как десятки пустых, дымящихся гильз сыплются с подоконника. — Недаром некоторые ребята называют эти пулемёты «Страдивари». Как услышишь так сразу вспоминается «Полёт Валькирий»… Ха, чувствую, много англичан и французов сегодня узнают эту музыку перед самой смертью!"
Возбуждённые многоголосые крики врагов тут же сменились на испуганные и болезненные стоны. Застигнутые врасплох они метались по помещению, не зная где спрятаться от свинцового ливня. Некоторые сообразили последовать примеру самого Шольке и кинулись под защиту ящиков но таких было мало. Основная масса союзников лежала на полу, расстрелянная в упор безжалостными «музыкантами войны». Наблюдавший это избиение Гюнтер видел как человек пять смогли выпрыгнуть в окна на северной стороне но что с ними случилось дальше уже не знал. Учитывая что снаружи ревели немецкие танки, вряд ли этот манёвр принёс им спасение…
Наконец, пулемётчики один за другим перестали стрелять, видимо, больше не находя для себя целей. Два расчёта с асбестовыми рукавицами на ладонях не теряли зря времени и сразу же начали менять раскалённые стволы, а третий лишь быстро заменил ленту, чтобы быть готовым в любую секунду снова открыть огонь. В зале ожидания воцарилась относительная тишина, прерываемая стонами некоторых раненых, металлическим лязгом от пулемётчиков и гулом танковых двигателей за окнами. Воспользовавшись этим к его пятёрке залезли внутрь ещё семеро солдат СС, вооружённых «маузерами». Теперь их стало двенадцать человек и надо было окончательно зачистить помещение.
