Юджин искоса посмотрел на него, поправил пулемёт на плече, и… промолчал. Лгать прямо в глаза этому пареньку ему не хотелось, но и признать что уже начинается агония, тоже не дело. Если у него голова хоть чуть-чуть работает то он сам всё поймёт. А если нет… Тогда всё печально. Поймав себя на мысли что всё больше становится циником, озабоченным собственными проблемами, Питерс мысленно выругался. Раньше он бы горячо поддержал капрала, вселил бы ему уверенность в победе, поднял боевой дух… А теперь на него напало равнодушие. Проклятая война меняла его, и меняла явно не в лучшую сторону.
От этого внутри поднялась злость на самого себя и, пересилив собственное желание не говорить на эту тему, Юджин выдавил как можно более правдоподобную тёплую улыбку:
— Дюнкерк — это всего лишь маленький кусочек фронта! Даже если здесь нам надерут задницу то мы сделаем то же самое с немцами, только в другом месте! Поверь, парень, никто и никогда не смог победить нашу старую добрую Англию! Ни испанская «Великая Армада», ни карлик-корсиканец… И Гитлеру это тоже не удастся! Запомни — никто и никогда! Понял?
У того на лице тоже появилась несмелая улыбка, словно он заразился ею от Питерса. Усталые глаза оживились и даже походка капрала стала более решительной:
— Так точно, сэр! Я так и думал, просто… что-то на меня нашло… Извините, сэр, такого больше не повторится!
— Верю, капрал, охотно верю! — поддержал его Юджин, с удовлетворением чувствуя что крепнущая броня цинизма на душе чуть ослабла.
Дальнейший путь под хлещущим ливнем они проделали молча. Лейтенант крутил головой, пытаясь понять в каком районе города находится, но так и не смог сориентироваться. Явно не в порту, но и не на окраине. Где-то в центре? Скорее всего. Эх, найти бы своих парней, которые чёрт знает куда подевались! Выжил ли кто из них или все погибли возле того моста? За эти дни каждый из них стал для него верной опорой, и снова остаться одному было неуютно.
Новый штаб полковника Болсома располагался в небольшой церкви со сбитой снарядом колокольней. Одна створка деревянных дверей сорвалась с петель и лежала у входа, другая висела криво, словно тоже собираясь упасть. Лейтенант, не мешкая, прошёл внутрь и осмотрелся.
В обширном помещении церкви было промозгло. Через повреждённую крышу текла вода, отчего на полу образовалось несколько луж. Длинные, узкие скамьи для прихожан с одной стороны были придвинуты к стене, там где меньше всего капало. Видневшийся в дальнем конце алтарь и расписанные стены с иконами святых строго смотрели на тех кто нарушил их покой ради своих мирских целей. Органа не было, видимо, не по чину он этой небольшой церкви. С потолка свисали несколько небольших люстр для освещения.
Помимо самого Юджина в помещении церкви находилось всего шесть человек. Майор, два капитана, и три лейтенанта, причём из них два француза. Все ему незнакомы. И… всё⁈ Так мало? А где другие офицеры? Не может быть чтобы все остальные погибли или ранены? Впрочем, вполне реальная причина отсутствия командиров словно гибкая змея вползла в сознание, вызвав глухое раздражение и злость. Наверняка толпятся в порту или на пляжах, ждут эвакуации вместе со своими солдатами-паникёрами, превратившимися в испуганное стадо… Или вообще бросили подчинённых и действуют по принципу «каждый за себя», «спасение утопающих дело рук самих утопающих». Рука, сжимающая прохладный металл пулемёта, сжалась до предела, желваки катнулись на скулах… Трусы! Скоты! Возникло острое желание пойти на пляж и расстреливать этих «офицеров», забывших про долг и присягу ради спасения своих ничтожных и жалких жизней! Понимая что ничего сделать не может Юджин страстно пожелал чтобы никто из них не смог вернуться домой, а остался здесь, живым или мёртвым. Это будет справедливо и правильно! Англии не нужны такие «защитники»!
Усилием воли взяв себя в руки Питерс козырнул вышестоящим офицерам и с облегчением повалился на одну из скамей, выбрав место посуше. «Bren» положил рядом с собой, заботливо проследив чтобы на него тоже не капало. Остальные тихо разговаривали, курили, их лица были мрачными и угрюмыми. Один из капитанов держал руку на перевязи а французский лейтенант морщился, иногда прижимая ладонь к левому боку.
Юджин пропустил момент когда и откуда появился полковник и вскинулся лишь услышав его голос:
— Здравствуйте, господа… Рад видеть вас всех здесь а не… — не договорив Болсом дёрнул уголком рта и не стал заканчивать фразу. Заметив вскочившего со скамьи Питерса полковник чуть улыбнулся, но тут же снова стал серьёзным. Помолчал, снова обвёл всех взглядом, и утверждающе спросил:
— Вы все добровольцы, которые готовы сражаться с врагом в любых условиях, даже в таких катастрофичных как сейчас. Некоторые из вас потеряли связь со своим командованием, другие сами выразили желание оказаться в самом пекле и попросились ко мне. Я прав?
Все офицеры переглянулись друг с другом. Затем вперёд выступил британский майор и прямо посмотрел Болсому в глаза:
