— Сука… сука… зацепили меня, сволочи… — шипел он, дрожащими руками наматывая на ногу бинт. — Чёрт, как бы не истечь кровью… И медиков убило, как специально… Сэр, нам всё, конец? — спросил он, глядя на Юджина обречённым взглядом.
Лейтенант, сидя у входа на корточках, повернул к нему голову и как можно убедительнее ответил:
— Пока мы дышим и живы — нет, не всё!
Но в глубине души сам понимал что наступила та самая агония, которая должна была неминуемо прийти. Учитывая то что третий и четвёртый этажи пустые а южное крыло второго уже захвачено то, получается, под контролем гарнизона союзников остались лишь западное крыло второго этажа и лестница на первый этаж. Ах да, ещё несколько человек сидят в квартирах и изредка стреляют из окон. Но, как и он сам, они теперь заперты у себя, поскольку в коридор не высунуться.
Кстати, немецкий пулемётчик подозрительно затих… Осторожно выглянув в коридор Питерс с радостью убедился что там не видно не одного немца! Куда подевались эти сраные наци? Наверное, забежали в одну из квартир, больше некуда. Что ж, надо использовать эту возможность и собрать все силы в кулак, иначе их так и перебьют по одному.
Передвигаясь ползком Юджин слегка высунулся в коридор и тут же установил на сошки верный «Bren». У него остался к нему всего один магазин, не считая установленного в паз, а это значит всего несколько минут интенсивного боя. Ладно, пусть так, от судьбы не уйдёшь…
— Эй, все кто сидят в квартирах и меня слышат!!! — заорал он, не заботясь о том что его могут услышать и враги. Хотя вряд ли те знают английский. — Я лейтенант Питерс! Все выходите в коридор и ползком перебирайтесь ко мне, в сторону западной лестницы! Я прикрою! Это приказ! — уточнил он, на тот случай если кто-то будет сомневаться.
Несколько секунд никто не отвечал, но потом чей-то голос, похожий на сержанта Макговерна, прокричал:
— Есть, сэр! Держите коридор, мы сейчас!
Юджин, лёжа за своим пулемётом, цепко держал на прицеле дальний затянутый дымом конец коридора, не зная в какой из квартир укрылись немцы. И почему вдруг они затихли? Ждут подкреплений? Чёрт, он даже не знает сколько их прорвалось… Видел только двоих, автоматчика и пулемётчика.
Из двери одной квартиры выглянул какой-то француз, уставился на него и отчаянно замахал рукой, беззвучно жестикулируя. Лейтенант ничего не понял но призывно махнул рукой, зовя к себе. Тот кивнул и снова пропал внутри, а Питерс поймал себя на том что усиленно пытается вспомнить, почему вдруг эта надменная немецкая рожа показалась ему знакомой… хм, надменная… В следующее мгновение Юджин недоверчиво хмыкнул, озарённый удивительной догадкой!
Неужели это снова тот эсэсовский ублюдок, который уже несколько раз умудрился ему встретиться⁈ Не спуская глаз с дверей квартир лейтенант опять пробежался по своей памяти. В первый раз он увидел эту надменную, властную физиономию ещё при обороне Ватандама. Тогда эсэсовец красовался в башне броневика, который едва не прикончил самого Питерса и его людей. Потом… следующая их встреча произошла на мосту, где этот вонючий «колбасник» сунулся туда за сбитым лётчиком. Благодаря цепи непредвиденных случайностей в тот раз у Юджина так и не получилось добить обоих хотя, казалось бы, те находились в ловушке. Но артобстрел и ранение позволили врагу избежать смерти от его рук. И теперь, выходит, их третья встреча? Получается, так…
Питерс помимо воли невесело усмехнулся, осознав игру судьбы. Вот будет хохма если этот нацистский фанатик тоже его запомнил. Было бы неплохо перед смертью забрать с собой этого офицерика, чтобы не так скучно было вариться в адских котлах. Черти уже наверняка их хорошо разогрели, дровишки подкинули…
Тем временем из нескольких квартир повторилась сцена как с тем французом. Солдаты осторожно выглядывали, оценивали обстановку и, повинуясь безмолвному взмаху руки лейтенанта, ползком перебирались к нему. Конечно, бегом было бы намного быстрее но и куда опаснее, поэтому все беспрекословно подчинились. Немцы таинственно молчали, не высовываясь в коридор, зато послышался отдалённый грохот стрельбы с первого этажа западной лестницы, заставив Питерса встрепенуться. Значит группа Беннета вступила в бой, держа вход. В принципе, ещё есть шанс собрать всех в кулак, спуститься вниз и прорваться на улицу… Вот только неизвестно что их там ждёт. Каковы силы противника на улице, не считая танков? Да и последний приказ полковника был ясный и недвусмысленный — стоять насмерть! Выигрывать драгоценное время для тех кто эвакуируется домой! Да уж, выиграли время… аж целый час, мать его!
