— Молчите, Лаура? Вам нечего сказать⁈ — между тем уже кричал Лейтман, резко вскочив из-за стола и начиная крупными шагами ходить вокруг сидящей девушки. Учитывая что его кабинет был небольшим, доктору приходилось разворачиваться уже через пару шагов, что ещё больше злило мужчину. — Все, все уже знают, кроме меня! А должно быть наоборот! Я обязан первым узнавать о таких случаях, а вовсе не последним! Почему вы мне всё заранее не рассказали? Неужели я недостоин доверия? Я что, плохо к вам относился, позволяя так думать? Причина в этом⁈ Да не молчите же вы⁈
— Простите, доктор!.. Я ужасно сожалею что так случилось… — с трудом пробормотала девушка, чувствуя как вся горит от стыда. — Я не хотела говорить… Это Марта всё разболтала!
— Не разболтала а доложила! — громогласно поправил её Лейтман. — Между прочим, это её обязанность! Такая же как и полноценная медицинская практика в качестве медсестры! Я же обязан знать что происходит у меня в госпитале, верно? А теперь получается что из-за вашей скрытности я вынужден реагировать задним числом, когда вы поставили меня перед фактом! А это неправильно, поймите! Хороший начальник не должен доводить до такого развития событий, он обязан полноценно держать руку на пульсе работы своих подчинённых, иначе автоматически становится плохим начальником… или вообще перестаёт им быть! Между прочим, ваша Марта тоже наказана, за то что не доложила сразу! Хорошо хоть нашлись другие люди, знающие что надо делать и как можно быстрее… Вы, конечно, подруги, но это точно не тот случай когда надо скрывать от начальства такое событие!
Девушка решила на это промолчать, потому что не была согласна с доктором в таком вопросе. По её мнению, несмотря на «обязанность» Марты немедленно сообщать начальству про новости в коллективе, та вполне могла бы и промолчать, если на самом деле считала Лауру подругой. Хотя… доктор только что сказал будто узнал о её беременности не от самой Марты а от кого-то другого? А та только подтвердила информацию, да и то не сразу? Получается… всё-таки, она не стала сразу бежать к Лейтману а на самом деле пыталась скрывать положение подруги? Впрочем, нормально обдумать ситуацию ей помешал начальник, не подозревая какие мысли бродят в голове его медсестры.
— И что мы теперь с вами будем делать? — почти спокойным голосом спросил мужчина, вдоволь находившись по тесному кабинету и вернувшись обратно за стол. Он откинулся на спинку стула, сложил руки на груди, и с интересом смотрел на Лауру.
Девушка, слегка успокоенная его поведением и голосом, подняла взгляд от пола и робко ответила:
— Может… ничего? — и, увидев как его брови изумлённо приподнялись, быстро добавила: — Ну, я просто буду работать дальше, пока… пока смогу. А потом… — тут она замолчала, не зная что сказать.
— Ничего? — явно удивился доктор. Усмехнулся, отрицательно покачал головой, и сказал: — Нет уж, дорогая Лаура, ничего не делать в такой ситуации не просто неправильно, это преступление! Да-да, именно так! То есть, вы предлагаете мне просто забыть о вашей беременности и отправить вас работать дальше как ни в чём не бывало?
Смелости медсестры хватило только на то чтобы молча кивнуть.
— Исключено! — уверенно ответил Лейтман, и даже хлопнул широкой ладонью по столу, от чего Лаура вздрогнула от неожиданности. — Между прочим, для таких ситуаций есть соответствующие приказы и распоряжения Главного санитарного управления, и я намерен строго им следовать! Не может быть и речи о том что вы станете дальше подвергать опасности себя и ребёнка так близко к передовой! Я завтра же подпишу приказ об откомандировании вас домой, и вы вернётесь в Берлин!
— Но, доктор Лейтман, я… — попыталась возразить девушка.
— Это приказ, фройляйн Блюм, будьте любезны его выполнить! — голос начальника снова посуровел, заставив Лауру замолчать. Мужчина помолчал, тяжело вздохнул, и снова заговорил, уже куда более мягким тоном: — Послушайте, Лаура, я очень доволен вашей работой. Признаться честно, когда мне позвонили из Шарите и сказали что отправляют к нам свою лучшую медсестру, то я не поверил этому вашему Венцелю. Думал, что преувеличивает или вы просто его любимица. Оказалось, я ошибся… — рассмеялся доктор, снова завладев карандашом. — Но это как раз тот случай когда я рад своей ошибке. Вы оказалась на удивление профессиональны, несмотря на то что гораздо моложе остальных моих медсестёр. Я нисколько не жалею что эти три недели был вашим начальником. Но теперь, дорогая Лаура, послушайте меня очень внимательно! — он наклонился вперёд над столом, его лицо стало серьёзным и заботливым.
