Вот оно что… загнанные в тупик враги пытаются использовать последний шанс и сбежать домой? Вполне понятное желание, но что делать ему? Спокойно ждать и наслаждаться паникой противника? Спору нет, зрелище приятное, но… не надо забывать что каждый уплывший отсюда солдат потом станет стрелять в них уже на английском побережье! Как сказал главный герой одного из фильмов будущего — «Каждый живой человек — минус один зомби!» Так и тут, каждый убитый или пленённый вражеский солдат — минус один защитник проклятого Острова. Следовательно, надо действовать! Как именно? Ясно, что лезть вперёд открыто это смертельно опасно. Эсминец даже вспомогательным вооружением перебьёт весь его отряд вплоть до последнего человека, не говоря уже о орудиях главного калибра. Правда, была вероятность что из-за очень близкого по морским меркам расстояния и малого угла вертикальной наводки некоторые орудия корабля не смогут стрелять по ним, но разведчикам хватит и обычных «пом-помов». Вывод? Просить помощи «больших дядей» с серьёзными пушками. Ну, и постараться как-то самому помешать эвакуации…
Он повернулся к своему радисту и приказал:
— Свяжись со штабом полка и скажи когда выйдут на связь! Я хочу поговорить с нашим Зеппом!
— Слушаюсь, оберштурмфюрер! — кивнул тот, присел на грязный асфальт и стал вызывать командный узел «Лейбштандарта».
В это время к ним со стрёкотом мотора подъехал посыльный на двухколёсном мотоцикле «Zundapp». Не слезая с сиденья к нему обратился молодой шарфюрер СС из первого батальона. Смышлёное лицо, усталые глаза и помятая форма солдата бросились Гюнтеру в глаза как степень утомлённости всего полка за время с начала вторжения.
— Оберштурмфюрер, оберштурмбаннфюрер спрашивает какие новости? — осведомился парень, привычно отдав воинское приветствие старшему по званию. — Порт пуст или вам нужна помощь?
Ожидая пока радист доберётся до Дитриха Шольке снова кинул взгляд на север, где по-прежнему копошились враги, и ответил ему:
— Передайте командиру батальона что мы видим вражеский эсминец у пирса, на него спешно грузятся англичане и французы. Близко подойти не можем из-за его артиллерии. Скажите чтобы первый батальон и Вермахт сюда не совались иначе, если моряки нас обнаружат то превратят в мясной фарш. Пусть стоят за воротами, я сейчас постараюсь навести на них артиллерию или самолёты.
— Передам слово в слово, оберштурмфюрер! — отозвался шарфюрер, резко дал газ, развернулся с заносом и быстро умчался назад.
Покачав головой на такое лихачество Гюнтер тут же забыл о нём, вернувшись к наблюдению за противником. К этой минуте он уже догадался приказать всем своим людям и технике укрыться где попало, чтобы вражеские моряки случайно их не обнаружили на таком расстоянии.
— Командир, обергруппенфюрер на связи! — доложил радист и сунул ему наушник с микрофоном.
— Докладывайте, Шольке! Что там у вас случилось? — послышался сквозь атмосферные помехи знакомый, ворчливый голос командира полка СС.
— Докладываю, обергруппенфюрер, у нас тут случился эсминец! — Гюнтер не сумел удержаться от небольшого каламбура. — Судя по флагу — британский. И на него спешно забираются несколько сотен островитян вместе с «лягушатниками», мечтая покинуть благословенную землю Франции. Скорее всего, все они туда не влезут но больше половины точно, если набьются внутрь как сельди в бочке. Подойти близко не могу, корабельная артиллерия смешает нас с землёй, как только обнаружит. Нужна помощь авиации и артиллерии, иначе большая часть крыс сбежит с корабля! Вернее, наоборот! — усмехнулся он.
В ответ он услышал громкую ругань командира полка, где упоминались свинские собаки, проклятые «лимонники» и, почему-то, распутные монашки. Впрочем, Дитрих быстро пришёл в себя и пояснил причину своей злости:
— … На поддержку нашей артиллерии пока не надейся, она сейчас на марше! Я, конечно, дам приказ но пока они найдут подходящее место, развернутся, пристреляются… пройдёт какое-то время. Передашь координаты, на всякий случай. Авиация? Особо тоже не жди! Видишь, что в небе творится? Истребители снова устроили в небе свои воздушные пляски и командование «Люфтваффе» может отказать в запросе, тем более, штурмовиков не хватает на всё кольцо, они понесли серьёзные потери за эти дни. Если сможешь как-то помешать им бежать самостоятельно — разрешаю! Но зря не рискуй, я не хочу чтобы ты угробил всех своих людей вместе с собой, понял?
— Так точно, обергруппенфюрер! — ответил Шольке.
