— Что⁈ Триста рублей⁈ — вскричал торговец, вытаращив глаза и разом потеряв весь свой нарочито печальный вид. — Вы с ума сошли, пан! Две тысячи, которые я прошу, это самая низкая цена для этих великолепных, поистине королевских украшений! На самом деле они стоят намного дороже, поверьте старому Казимежу!
— Этим финтифлюшкам, к которым вы зачем-то приплели королеву Ядвигу, триста рублей самая справедливая цена! — твёрдо сказал он, глядя прямо в глаза Новаку. — Да и то я, скорее всего, переплачу по доброте душевной…
— Невозможно, уважаемый пан! Никак невозможно! — энергично отказывался тот, тряся головой и в волнении вытирая платком лоб. — Подумайте о том как будет рада ваша подруга, невеста, жена, любовница, когда вы обрадуете её этим чудным изделием великих мастеров…
— Триста пятьдесят и точка! — Саша резко хлопнул ладонью по столу и с удовлетворением убедился как оба поляка, торговец и его охранник, синхронно вздрогнули. — Если нет то я пойду, уверен, в других магазинах и лавках найду гораздо больший выбор по скромным ценам.
— Всего хорошего, уважаемый пан, был очень рад с вами познакомиться! — Казимеж снова развёл руками, словно сочувствуя ему. — Заходите ещё, если захотите порадовать свою девушку по-настоящему красивыми украшениями!
Вот как?.. Ну ладно, нет так нет, в другом месте найдёт, время ещё терпит. Убедившись что Новак не хочет уступать явно завышенную цену, Саша пожал плечами и направился к выходу. Прошёл мимо дюжего охранника, открыл дверь и уже почти вышел из магазина как сзади послышался тяжёлый вздох и громкий возглас:
— Постойте, уважаемый пан! Тысяча восемьсот!
Саша обернулся, для вида поколебался, и с чувством великого сомнения всё-таки зашёл обратно…
…Торг продолжался больше часа. Казимеж страдальчески вопил, взмахивал руками, промокал на лбу обильно выступивший пот, расхваливал серёжки и… понемногу снижал цену. Александр пренебрежительно кривился, разглядывая украшения; находил всё новые и новые недостатки; выражал сомнения в происхождении и ещё пару раз решительно направлялся к двери под понимающие ухмылки широкоплечего охранника. И тоже по чуть-чуть поднимал цену…
Под конец, когда оба устали от этой комедии а торговец слегка охрип, остановились на цене в восемьсот рублей. Саша подозревал что и эта сумма завышена, причём немало, но он уже задолбался спорить с Казимежом. Хотелось просто побыстрее расплатиться, взять эти чёртовы серьги и выйти, наконец, на улицу. Поэтому, умилостивив пана Новака что он всем своим друзьям посоветует обращаться только к нему, Александр отдал деньги, получил в ответ украшения и вышел наружу, облегчённо вздохнув. Да уж, сбил цену, потеряв кучу времени и нервов… При этом даже неизвестно сэкономил ли деньги? Потому как хрен знает сколько на самом деле стоят эти серьги.
Засунув их во внутренний карман своей куртки Саша направился к дому, радостно сознавая что главная цель выполнена. Теперь осталось только купить цветы, желательно снова красные розы, и программа максимум будет реализована. Уже идя по тротуару он вынул из того же кармана остатки денег и печально вздохнул. С собой Александр взял ровно тысячу рублей, заранее зная что подарок выйдет недешёвый, но всё равно не ожидал таких расходов. Дома ещё осталось несколько сотен рублей, которых хватит на пару месяцев, если не шиковать. А потом? Потом снова придётся пополнять «банк» за счёт польских преступников и украинских националистов. Они богатые, поделятся, никуда не денутся. От осознания того что его ждёт буквально через несколько часов Сашу охватывала мелкая дрожь. Член тоже оживился, предвкушая долгожданное путешествие туда где ещё ни разу не бывал, по крайней мере в этой женщине. Пришлось снова думать о посторонних вещах, потому что идти по улице со стояком в брюках совершенно не комильфо…
И тут, словно судьба снова решила зло посмеяться над ним, случилось то что он никак не ожидал!
Заворачивая за угол дома Саша замечтался и не успел среагировать, когда в это же время оттуда вышел высокий командир в форме «НКВД», вместе с двумя бойцами с винтовками. В результате они столкнулись грудь в грудь и оба остановились, оглядывая друг друга. Теперь Александр смог более внимательно осмотреть того в кого врезался.
Как уже сказано, высокий чекист, не меньше метр девяносто ростом. Лет тридцати, чуть выдающийся вперёд подбородок, утомлённые глаза, впрочем, вспыхнувшие некоторым интересом при неожиданной встрече. Не новая но ухоженная и аккуратная командирская гимнастёрка с тремя кубарями младшего лейтенанта ГБ и традиционной овальной эмблемой на левом рукаве выше локтя. На ней на груди висел чуть потускневший знак «Почётный работник ВЧК-ГПУ (XV)». Начищенные сапоги, слегка запылившиеся. Кобура с табельным «ТТ» на правом боку, расстёгнутая.
