— Саша, меня с детства учат долгу перед народом, перед всеми расами. Я должен освоить множество наук, языков, теорий. Обязан вести себя достойно и показывать силу, значимость. Я должен не только их показывать, но и соответствовать. Говорю тебе — они выражают почтение. Но иногда кажется, что они даже толики не понимают того, что я обязан знать, чтобы заслужить их почтение. Они не понимают, как это тяжело. Просто его выражают. Иногда, стыдно признаться, думаю, что их раболепие такое мизерное в отличие от моих стараний соответствовать.
— Ты так говоришь, как будто презираешь их.
Я совсем не хотела его ругать, он просто устал.
Сильно устал, раз впервые за полтора года делится своими переживаниями. Вероятно, нечто даже случилось в ходе его визита, что заставило думать о долге и подопечных в неприятном ракурсе.
Но, не думаю, что он далек от истины в суждениях, даже в мрачных тонах. Кто вообще задумывается о тяжкой ноше правителей? Люди всего лишь хотят хорошо жить, остальное их мало волнует.
Вер двумя пальцами сдавил переносицу, словно пытаясь сжать и стереть в порошок свое бессилие. Так же делал и Каин после тяжелого дня.
— Не знаю…Ты права, я не могу так говорить о них. Расскажи лучше, как у тебя дела? — ловко перескочил он, понимая, что развивать разговор не стоит. — Как та малышка в школе?
Почему бы и нет.
— Ой, она такая смешная, — я улыбнулась, вспоминая, как она вчера мирила двух мальчишек. Такая маленькая и бойкая, сначала привела за руку одного мальчика, потом другого. Встала между ними, уперла руки в бока и, топая ножкой, говорила: «Миритесь-миритесь!».
Вер хохотал, представляя картину, которую смотрел сейчас, в лицах.
— Саша, всегда хотел спросить.
Я заведомо напряглась, опасаясь личных вопросов. На тему наших странных отношений мы предпочитали все так же не говорить. То есть, попытки со стороны Вера были и многократные, но пока удавалось водить друга за нос, наблюдая, как он снисходительно замолкает до поры до времени.
— Я так понял, что девушки-ровесницы твоего мира уже имеют детей. Тебе разве не хочется? Что ты чувствуешь, когда играешь с малышкой в школе?
— Хочется, конечно, — к чему отпираться. Только хочется их от любимого человека, чтобы быть семьей, чтобы быть продолжением друг друга.
— У тебя не было там таких отношений? Ты никогда не рассказывала.
— Таких, чтобы детей родить? Нет, не было. Четно сказать, я всегда избегала отношений, поскольку считала, что все это не то, что мне нужно.
Вер серьезно смотрел на меня, явно ожидая продолжения.
Ну, как я могла объяснить это мужчине? Он не поймет и покрутит пальцем у виска.
Младший дракон, не дождавшись ответа, решил задать другие мучавшие его вопросы.
— А ты не скучаешь по друзьям? Не хочешь вернуться? Ты часто рассказываешь о них.
Я ушла в свои мысли, вспоминая близких людей. Как мне их не хватало, я не смогла бы этого описать. Даже Каин не мог убрать своей магией эту образовавшуюся пустоту. Каждый день я вспоминала о них, иногда, обдумывая что-то, прикидывала, а что мне бы на это ответила моя Марго, а что в этой ситуации прокомментировала бы Леля.
— Каждый день скучаю. Но возвращаться не хочу.
Это было четко и ясно, я давно поняла для себя эту истину.
— Мне действительно здесь хорошо. Ощущение, как будто дома, как будто в груди больше кислорода и можно дышать — не надышаться.
Вер улыбался, слушая.
— Прижилась. А я боялся услышать другой ответ.
— Нет, я бы не смогла уйти.
— А кто бы мог подумать тогда, когда ты только появилась. Помнишь?
— Шутишь! Такое невозможно забыть!
Забыть невозможно, да чувства ушли. Память, безусловно, хранила моменты того, до какого остервенения было страшно. Но как именно? Чего я так боялась? Этого вспомнить не получалось.
— Са-а-аш, — протянул дракон. И на мой вопросительный взгляд ответил:- Полетаем?
— Да — а!
Мне нравилось летать с ним, спокойствие разливалось по душе бальзамом, чувство надежных рук, которые не позволят упасть, окружало с первого рывка крыльями. И с Вером можно было, не опасаясь, дурачиться. Расправлять плечи, кричать от восторга: «Ееее!» и «Ааа! Ты что делаешь, псих?!», когда дракон срывался в петли.
Я быстро оделась, утепляясь от поползновений холодного ночного ветра. Хоть здесь было и теплее, чем в городе Шарля, но плюсовая температура пока колебалась от семи до десяти градусов днем, а ночью и того холоднее.
Вер уже ждал на балконе, обернувшись во вторую ипостась.
Интересно, удастся ли мне когда-нибудь обернуться? Ведь во мне тоже есть дракон. И сколько на это нужно времени? И нужно ли специально учиться этому? Я не преминула узнать все это у друга, когда мы взлетели.
