А вот Т-126 в «третье поколение» никаким буксиром не затащить. И сама Москва, не имеющая металлургии такого масштаба, чтобы тысячами и десятками тысяч выпускать танки с четверьметровой бронёй, мало подходила в качестве базы. С Гинзбургом у меня произошёл тяжёлый разговор. Объединённое КБ ЗИЛ становилось явно избыточным для задач, которые ставило перед заводом ГАБТУ. Легкими СУ-5 мы с Федоренко, после долгих споров, решили пожертвовать в пользу БА-11 и БТР-6В на агрегатах полноприводного ЗИЛ-6. Это шасси было до последней шайбочки отработано и значительно усовершенствовано. Благодаря новым, широкопрофильным шинам с большой долей натурального каучука, в полной мере удалось реализовать регулирование давления в шинах через ступицу. То есть уровня «эталонного» БТР-152В. Но этим занимался автомобильный спецотдел, «танкисты» лишь отчасти помогали им по башенному вооружению.
По самоходкам СУ-126 работал отдел Траянова, который также не был слишком перегружен. Шасси стояло в производстве с 35-го года, оставалось только приспосабливать его под разные артсистемы. Теперь — под М-10, поскольку «царские» стволы закончились. Новокраматорский завод, как раз, закончил наполнение мобзапаса тяжёлыми дивизионными гаубицами и пушками и переходил на выпуск 100-миллиметровых зенитных орудий. В процессе, поскольку стволы освоили быстрее, чем систему в целом, поэкспериментировали со 100-мм пушкой М-10М4. ГАУ она не заинтересовала. Да, немного легче. Да, нет дульного тормоза. Но легче и снаряд при равной дальнобойности. На взгляд Кулика, игра не стоила свеч. 122-миллиметровая М-10М2 с клиновым затвором выглядела куда как выигрышнее со своей 25-килограммовой пушечной гранатой. Но, что не имеет значения для артиллеристов, важно для танкистов. М-10М4 имела унитарное заряжание, что резко повышало скорострельность при установке в рубке САУ. Новокраматорский завод получил план по М-10М4 на 42-й год, а Траянову оставалось, по сути, лишь переделать боеукладки, поскольку варианты с М-10 122-152-мм калибра на шасси СУ-126 ранее уже отрабатывались. С весны можно было ожидать поступления самоходок, которые с успехом можно применять из засад в качестве противотанковых даже против «Тигров» и «Пантер».
Понятно, что, собственно, «танкистам» в Москве работы не было. А на «Уралмаше» танковое КБ было слабовато, если сказать обтекаемо. Если прямо — то его не было вообще. К моему сожалению, предложение о переезде было принято в штыки. Как же! Только прижились, обустроились, барахлом обросли… И тут — на тебе! Всё оставь и мотай за тридевять земель на Урал! Осталось только предупредить, что заказов по танкам на ЗИЛ не будет. Гинзбург обозлился и ответил, что поработает в инициативном порядке. Что ж, пусть трудится. Зарубать специально, за несговорчивость, не буду, оценим всё объективно. Серию-то всё равно запускать, при успехе, на Урале придётся. Тут уж, хочешь — не хочешь, а переедешь. Как бы ещё — не по приказу во время войны, когда об удобствах и барахле думают в последнюю очередь.
Вот где у меня проблем нет, так это в Сталинграде. Как клепали там ритмично БТП-шки, аналоги «эталонных» ГТ-МУ, так и продолжают клепать. Суета с Западно-сибирским морем тут только на пользу пошла. «Гражданская» снегоболотоходная модификация имела несущим элементом конструкции всё то же «корыто», выполненное из конструкционной 4-мм стали вместо брони. Верх, кабина из брусков и реек, надставленные досками борта, вышли легче бронекорпуса, поэтому и грузоподъёмность выросла с 800 кило до тонны. Вот только 90-сильный мотор при уширенных гусеницах на болоте показался слабоват. Сталинградцы не стали спорить, модернизировав машину под 135-сильный 6-цилиндровый дизель, применив новую, торсионную шестикатковую подвеску вместо прежних двух тележек. Корпус, соответственно, тоже удлинился, а грузоподъёмность возросла до 1,2 тонн. Как только повеяло «ветром войны», вернуть всё вспять не составило труда. БТП «Сталинградец-2» в 6-7-мм броне стал короче на каток, получил обратно стандартные траки и мог перевозить уже 10 человек десанта вместо 8-ми. Способность буксировать двухтонный прицеп, то есть артиллерию вплоть до гаубиц-пушек Ф-22, увы в полной мере использовать было нельзя. Не хватало грузоподъёмности для переброски расчёта и боекомплекта. Зато, например, для 45- и 57-мм противотанковых пушек БТП подходил идеально. С комплектом труднозатопляемого имущества (особые непромокаемые резинотканевые ёмкости, заполненные, например, сеном или иным лёгким материалом) мог с орудием на буксире даже форсировать реки вплавь. Серийность же была такая, что, к примеру, легковушек-вездеходов ГАЗ-40 всех модификаций в СССР выпускалось меньше.
Давненько меня не приглашали в ресторан вот так! Не на словах, по дружески, мол, пойдём, посидим, поедим-попьём, а заодно и пообщаемся. Письмом в конверте! Вот как! Конечно, Управление Особых отделов НКВД не дремлет, конвертик-то вскрыт показательно, но посоветоваться с товарищами ГБ-истами всё равно надо. Набрал Берию, соединили сразу, повезло.
