Сижу в рубке «Симакадзе» и невидящим взглядом пялюсь в окно на стремительно убегающие за корму волны. Это мы на Иводзиму спешим — оказывается, Хьюга вернулась на свою бывшую базу, отговорившись, что там у неё наработки остались, материалы, оборудование уникальное… Правда, как по мне, рыжая просто свалила подальше, чтобы у Конго на радаре не маячить. А та дала добро на превращение Иводзимы в будущую базу Спасательной службы, чтобы Хьюгу не видеть. В общем, в кои-то веки эти дамы пришли к консенсусу. Эпохальное событие, прямо, хоть красным днём в календаре отмечай.
Помассировав уставшие глаза, я перевёл взгляд на парящие вокруг голоэкраны и едва удержался, чтобы не матюгнуться, от всей широты души. Функционал моего имплантанта, конечно, поражает — сразу видно, Акаси старалась
Этот мой имплантат — это, конечно, нечто. Нет, с интерфейсом всё более чем нормально — голографический экран может разделяться хоть на тысячу частей, масштабироваться от размера почтовой марки до многометрового полотна кинозала, разворачиваться в плоскость или обретать трёхмерный объём, управляться с сенсорной клавиатуры или непосредственно движением руки… В общем, штука удобнейшая и работать с ним было бы одно удовольствие. Было бы, если бы тактическая сеть Тумана хоть чуть-чуть походила на привычный интернет, не на вот это вот непонятно что. Мало того, что в ней нет ни файлов, ни иерархической структуры, так ещё и выводимый на экран результат компилируется не в виде документа, а трёхмерной проекцией, где фрагменты текста и графики расположены самым причудливым образом, в зависимости от их «веса» и индекса. Каковые в свою очередь зависят от статуса и «должности» запрашивающего.
Полный мрак, короче. Через пару часов разгадывания этих шарад голова натурально кругом идёт.
И ведь деваться некуда — написать свой софт для импланта, не говоря уже о корабле РТР, что данные поставляет, у меня в жизни не хватит ни знаний, ни умений. Да и сомневаюсь, что у кого-нибудь на Земле вообще они есть, подобные знания. Приставать же к Акаси, чтобы сделала, как надо... это очередной разговор слепого с глухим. Ремонтница просто не понимает, что мне нужно, а у меня слов не хватает, чтобы объяснить. Единственная надежда на Макие Осокабе. Пусть ребёнок, но гениальный же! Вот только как уговорить Конго, чтобы та дала девочке доступ к тактической сети, да ещё и позволила покопаться в алгоритмах корабля радиотехнической разведки — ума не приложу.
В который раз тяжело вздохнув, я шевельнул рукой, увеличивая центральный экран… Раз деваться некуда, будем работать с тем, что есть, а там… либо свихнусь, либо разберусь. Хотя, первое куда вероятней.
Начать с того, что Адмиралтейского кода, оказывается, не существует. В принципе. Нет единого устава, инструкции, свода правил… есть набор директив, строго индивидуальный для каждого корабля. В зависимости от класса, должности, статуса, водоизмещения, наконец. К примеру, если для Конго директива «избегать сопутствующих потерь» одна из обязательных при планировании любой операции, то для Симакадзе это «избегание» проходит по разряду «Ах, да, там ещё вроде людей особо крошить не нужно». А для Акаси вообще на первом месте стоит «поддержание боеспособности флота», про то, что человеков миллионами убивать нельзя, ремонтница разве что слышала. Да и то мельком.
Но это ещё цветочки, в качестве ягодок — у нас тут, оказывается, культ личности, куда там сталинскому! Вот помнится, кто-то из Луев ляпнул: «Государство — это я», сумничал типа. Но тот-то просто, ради пафоса, а вот если Конго скажет: «Флот — это я», то будет не пафос, а самая что ни на есть реальность. Поскольку в Тумане флагман — это основа всего флота — центральный узел, модератор, главный администратор… а заодно ещё и верховное божество. К слову, последнее определение наиболее близко. И дело не в том, что та же Конго у нас воплощение богини — всевидящей и всекарающей — а в том, что флагман самой своей личностью, характером и мировоззрением прямо влияет на личности, характеры и мировоззрение кораблей своего флота. При первом взгляде это не сильно заметно — ну, в самом деле, что общего у холодно-надменной Конго и застенчивой Тикумы? — но если чуть глубже… Достаточно вспомнить, как мы на берегу по рынку ходили. Я тогда чуть сигаретой не подавился, увидев у девчонки столь знакомый наклон головы, холодно-бесстрастный взгляд, и даже не презрение, а просто-напросто полное равнодушие к «бесполезным приматам».
Отсюда возникает невольный вопрос: какого чёрта при подобной «религиозности» у нас на флоте такой бардак?! Одна западает на лолишлюпку и дезертирует, вторая сбегает, капитана себе искать, а сразу двое переворот устроить пытаются? И почему бардак только у нас? Вон, на Первом восточном — тишина, покой, никто не влюбляется, не сбегает, на начальство не кидается…
