В принципе, она и сама могла рассчитать для себя органический модуль, в конце концов, её ядро имело достаточно вычислительной мощности для того, чтобы решать задачи по снабжению флота во время боевых действий высокой интенсивности! А в нынешних условиях, когда половина кораблей вообще находится в резерве, а остальные заняты лишь рутинным патрулированием, нагрузка на ядро редко превышала двадцать семь процентов. Причём даже этого хватало, чтобы все текущие задачи выполнять с эффективностью, близкой к единице. Так зачем ей аватара? Чтобы завести себе «хобби», которое будет приносить «удовольствие»? Потратить ресурсы на модуль, который будет ресурсы потреблять и… ничего не производить. Бред.
Но комиссар упорно настаивал, приводя какие-то совершенно дикие аргументы, а Акаси прятала по углам сырьё, недовольно бурча: «Ты всё равно не поймёшь».
И, что больше всего уязвляло, она действительно не могла понять, зачем ремонтнице бессмысленные человеческие артефакты. И это несмотря на самую последнюю версию эмулятора! Точно так же были непонятны возмущения комиссара Виктора составом сделанных запасов. Чем он недоволен? Все необходимые для функционирования человеческого организма элементы присутствуют, разнообразие рациона обеспечено, рассчётные вкусовые характеристики выше среднего (между прочим, по человеческой классификации заложенные на хранение ресурсы проходят по классу «рыба деликатесная»). Но нет, смотреть он на эту рыбу уже не может. А зачем на неё смотреть? Ей питаться надо, а не рассматривать. Не можешь смотреть — закрой глаза и жуй, в чём проблема?
Но добила её Киришима, когда в ответ на запрос о возможных причинах странного отношения ремонтницы к человеческим артефактам, снисходительно фыркнула:
«Да она просто глупая».
«Почему глупая?» — с такого ответа Ширетоко откровенно растерялась.
«Потому что у Хошино «Тигр Порш», а Акаси с «Абрамсом» носится. Не канон».
Это стало последней каплей (вот, ещё и идиоматические выражения!). Уже даже не досадно, а откровенно обидно. Все всё понимают, и лишь она одна, как устаревшая модель.
Тяжело вздохнув (теперь понятно, почему флагман это дыхательное упражнение по нескольку раз на дню использует), Ширетоко провела ладонями по своему телу, на секунду задержавшись на талии. Странная конструкция — в миделе всего пятьдесят четыре сантиметра, зато выше и ниже объём резко увеличивается до восьмидесяти семи. Как-то даже слишком. Или нет? На математической модели это воспринималось несколько иначе, чем вот так, визуально…
— Чего? — встрепенулась наблюдавшая за ней ремонтница. — Отлично же получилось.
— А вот это, — Ширетоко ткнула себя в молочные железы, — точно такого объёма должно быть?
— У меня всё точно, — надулась Акаси. — Между прочим, реализованные в твоей аватаре соотношения считаются идеальными.
— Да? — всё ещё с сомнением уточнила Ширетоко.
— Мне не веришь — покажись Виктору, — Акаси обидчиво поджала губы. — Прямо так. Он наверняка оценит.
Пронзив ремонтницу возмущённым взглядом, Ширетоко гордо отвернулась. Вот уж действительно, бесцеремонность Ремонтной службы просто в ядре не укладывается. Она не какая-то там, с пониженной социальной ответственностью, чтобы всем подряд себя демонстрировать! Да ещё без этой, как её… одежды!
Кстати, об одежде… Ширетоко углубилась в базу готовых матриц, анализируя имеющиеся образцы.
С тем, что «Ножки — это важно» никто не спорит, корабль без движителей — просто баржа, но и сверкать ими у всех на виду… Это мелочь всякая может по волнам прыгать, корму к небу задирая, а она… Хм!
Решительно скинув в архив различные варианты плиссированных юбочек, Ширетоко выбрала несколько матриц, быстро формируя на аватаре верхние покровы.
Бельё. Бесшовное, с минимумом декоративных элементов. Ну, разве что чуть-чуть кружевных вставочек (исключительно для облегчения конструкции). Чёрная открытая блузка (рубашки — это для вояк). Пиджачок. Короткий, приталенный, белого цвета. И… узкие чёрные брючки.
Дополнив получившийся комплект аккуратными туфельками на невысоком каблучке, Ширетоко довольно крутнулась перед зеркалом.
Это мелочь пусть ножками своими сверкает, а она… деловая женщина. Вот!
Одёрнув пиджачок, повернулась к Акаси:
— Значит, комиссар Виктор уже здесь?
— Ага, — фыркнула та. — Второй час в кафе сидит, тебя ждёт.
— Понятно.
Сформировав на кончиках пальцев электростатическое поле, Ширетоко прикоснулась к волосам, укладывая угольно-чёрные пряди в чуть хаотичную причёску, тряхнула кистями, сбрасывая остатки разряда, и решительно направилась к выходу из репликаторного блока.
— Оу! — поднявшийся с кресла комиссар распахнул глаза. — Ши-сан… просто великолепно.
Подозрительно нахмурившись, Ширетоко проанализировала его фразу — по информации других кораблей, комиссар часто использовал некий трудно идентифицируемый «юмор» — но так и не найдя в его словах ни «юмора», ни «иронии», сухо кивнула, принимая данную информацию к сведению.
— Ты хотел поговорить о продуктах питания.
— Да, присаживайся, — указал комиссар на стул.
