– Так-с, акт передачи невесты с описью – готово. Благословение родительское – есть. Карта приданого прилагается, – перебрал Царь бумаги, посыпал автографы песком, сдул песчинки, свернул документы в трубочку, обернул вокруг стрелы царевича и тщательно обвязал бечевкой, чтобы не потерялись. Поразмыслил – и залил сургучом концы бечевки, приложил царский перстень-печатку. На красно-коричневом круге появились царские инициалы и символы царской же власти – корона и скипетр. Все, как и положено.
Потом посмотрел на зятя де юро. Зять спал богатырским сном. Похрапывал. Да так заразительно, что и Царю-батюшке захотелось прикорнуть на краешке списанного по старости трона. Но обязанности превыше всего! И хрустнув огурчиком, засоленным ключницей с первого летнего урожая, государь покинул кабинет.
***
Царица и царевна пели песни. Раз уж не имелось возможности устроить положенные девичьи хороводы для невесты, дамы решили организовать их в камерном формате. Так что Царица-матушка обошла вокруг невесты необходимые круги-хороводы, фигурально расплела ей косу (заменителем послужили длинные нити из вышивки государыни), со вкусом покликушествовала. Царевна-лягушка сидела тихо, в процесс не вмешивалась и даже получала от него удовольствие. А когда Царица-матушка объявила о выдаче подарков, и вовсе обрадовалась.
– Приданое приданым, а от меня дары ты получишь индивидуальные, – прокомментировала Царица-матушка, открывая заветную шкатулку размером с приличный дорожный сундучок. Краем глаза Лягушка успела заметить изображенные на крышке ступу и метлу – символы рода Бабы-Ягиного.
Царица покопалась в коробе.
– Значит, даю я тебе вещицу старинную, цены немеряной, в хозяйстве крайне полезную, а уж в супружестве с Никандоровичем – и вовсе незаменимую. Вот этот ридикюль…
