— Значит так, — распорядился Алексий, — поднять всех легионеров, организовать охрану кораблей и боевое дежурство. Я с оставшимися легионерами первой центурии иду на выручку Титу, и беру с собой также вторую центурию во главе с Тиберием Помпеем. Командиром легионеров в отсутствие Тита Сейвуса остаётся центурион Секунд Красс, а начальником экспедиции — мой заместитель Квинт. Если до полудня мы не вернёмся, приказываю поднять два аэростата, и с их помощью уничтожать врагов без всякой пощады: тяжёлые луки, греческий огонь. Начинайте подготовку аппаратов прямо сейчас, если они не пригодятся, убрать их обратно — не проблема.
Алексий с центурионом Помпеем и легионерами из двух центурий вышли на набережную, и направились к храму Весёлых жриц. На вытоптанной земле лежал мёртвый молодой послушник, который должен был передать вождю Метерато ответ солнцеликих римлян. Голова его была разбита, рядом в луже крови валялся тяжёлый камень, очевидно выпущенный из пращи.
В самом городе однако было довольно спокойно, обычные жители хоть и не сновали по улицам, как раньше, но всё же иногда встречались на пути. Попадавшиеся редкие воины Чичен-Ица делали вид, что не замечают римских легионеров, за которыми явно чувствовалась сила и мощь. Приказа нападать они не получали, а связываться со столь сильным соперником по собственной инициативе явно опасались.
Когда римляне стали приближаться к храму, Алексий приказал корницену трубить в свой рог, чтобы дать сигнал легионерам, возможно, находящимся в осаде, что подмога близка. Возле самых ворот, когда приблизились легионеры, никого из осаждающих уже не было, очевидно, они поняли, что сила не на их стороне, и решили благополучно ретироваться. Какой-то малознакомый легионер из первой центурии, широко улыбаясь, открыл ворота и отдал воинское приветствие. Вышел навстречу Тит, добродушно поприветствовал начальство и своих воинов.
— Что тут у вас, всё в порядке? — спросил Алексий.
— Теперь в порядке! Эти павианы заявились вчера вечером, наверное, захотели развлечься, но не ожидали увидеть нас. Ну мы с ними немного потолковали, так, не сильно, до первой крови. Они побежали за подмогой, а мы тем временем привели себя в боевой вид и выстроились шеренгой, в полном обмундировании, с гладиями в руках. Когда их подмога прибыла и увидела нас, быстро сообразила, что лёгкой победы не будет. Но и отступать им не хотелось, вот и топтались тут, изображая из себя свирепых завоевателей, решивших просто подождать, когда глупые пришельцы сами сдадутся на их милость. А тут послышались звуки, которые выдавал корницен, Наши ребята отреагировали соответственно, и павианам резко расхотелось продолжать изображать из себя преторианских гвардейцев, поэтому они предпочли тихо разбежаться! А теперь, объясните мне пожалуйста, с какой радости наши майянские друзья вдруг перестали изображать гостеприимных хозяев, и накинулись на солнцеликих гостей?
— Мы сами ещё не знаем всех подробностей, на рассвете к нам пробрался наш верный Истэкэ, и сообщил, что это воины Чичен-Ица, неофициальной столицы империи майя. Давайте-ка, быстренько собирайтесь, и мы все вместе отправимся на наши корабли. Попробуем разведать, что же произошло на самом деле, и как нам вести себя с захватчиками.
— А может, пройдёмся немного по городу, поймаем какого-нибудь павиана пожирнее, мои парни потолкуют с ним без церемоний, глядишь, он нам что-нибудь интересное расскажет?
— Не стоит пока, центурион, — мягко сказал Алексий, не желая лишний раз ссориться с Титом, — мы пока ничего не знаем про полную обстановку в городе и не вступали в открытые стычки. В спешке можно наделать глупостей, которые потом не исправишь!
— Ладно, подождём, — проворчал центурион, — Первая центурия готова выходить, легат!
— Тогда вперёд, в порт, к нашим кораблям! — с облегчением скомандовал Алексий.
В просторной кают-компании “Ромула” собралось почти всё руководство экспедицией. Алексий, Квинт, все четыре центуриона, оба капитана, учёные — Гай и Алекос. Первым слово взял Квинт.