Нуарэ только махнул рукой. Тем более что Лисовски и Готье уже были здесь. Оба в мундирах дипломатической службы, хоть сейчас на прием к этому их королю – а ведь их явно разбудили. Это мы тут безо всякого распорядка шляемся, как в старые добрые времена, а они-то с утра в делах. Уникальные люди. Нуарэ, не теряя времени, притащил Эмбера, который, кажется, уже был готов прикинуться здешним пуфиком, и начал вместе с кэпом объяснять ситуацию. А мы слушали и охреневали. Я так точно. То есть, понятно, что я во всех этих дипломатических делах пень трухлявый, но даже я уловил, что наши терранские приятели, кажется, вознамерились провернуть тут примерно то же самое, что Феодал пытался провернуть на Сомбре, прежде чем облажался и свалил в Сферу. То есть убедить местных, что союз с Террой на ее условиях – это то, о чем они всю жизнь мечтали. А не поверят – так и силу применить. Причем, до какой степени они контролируют ситуацию – это пока неизвестно. Тут капитан очень мрачно посмотрел на Снайпера, тот сделал вид, что его здесь нет. А с другой стороны, чего мрачно смотреть, если этот самый Эмбер как раз-таки слил много всего ценного? Он сначала сдуру ввязался в работу с Террой, дальше уже в дело пошел шантаж, но он как-то ухитрился наделать резервных копий всякого интересного. Так что теперь расклад такой – Лисовски несется с этим интересным во дворец, Готье – к архиепископу, Враноффски никуда не несется, потому что сообщение на Сомбру отправлено и народ на корабле предупрежден, Эмбер тоже никуда не несется, потому что до поры до времени посольство дает ему убежище, мы тем более никуда не несемся, а сидим в посольстве и не отсвечиваем, поскольку сейчас здесь безопаснее всего. Если что, запираемся на все замки и орем про дипломатическую неприкосновенность. Да и отбиваться, если что, отсюда проще. Поэтому сидим и очень надеемся (кэп посмотрел на Снайпера еще мрачнее), что тема с похищением Эмбера пока не всплыла.
И только я, значит, хотел еще стакан кофе соорудить, чтобы запить все эти потрясающие новости, как на крыше что-то шарахнуло. Враноффски с матом понесся вверх по лестнице, Хосе на всякий случай рванул за ним. Когда Ари вернулся, выражение его лица было красноречивее предыдущего монолога.
– Капитан, – хрипло проговорил он, – похоже, Терра уже расчухала. И хвост клала на все неприкосновенности. Спутниковая тарелка снесена к хренам.
– Это как? – брякнул я. Кэп скривился, а Ари начал объяснять, как идиоту, что у Терры на вооружении есть много всякого мощного и дальнобойного, чем пульнуть через пару кварталов – раз плюнуть, особенно ради такого дела, как оставить нас без связи. Так что теперь связь с внешним миром только с корабля, а туда высовываться рискованно… Он бы и еще объяснил, но тут Нуарэ сделал всем знак заткнуться и поднес руку к своему визору. Похоже, коммандер резко кому-то понадобился. И почему-то у меня такое чувство, что вряд ли там сообщат что-то хорошее…
– Это Каррера, – наконец произнес Нуарэ. – Атака на корабль.
Капитан сказал ровно одно слово, метнул на Снайпера совершенно убийственный взгляд и жестом скомандовал всем на выход. Тут, может, и безопасно, но своих оставлять нельзя.
Провожать нас пошла Мари. Эх, только я подумывал ее на побережье вытащить… Поблагодарила меня за кофе, обменялась со Снайпером коротким рукопожатием и сообщила, что посольство не будет в претензии в случае ущерба машине. «Только выберитесь», – ее голос чуть дрогнул. А ведь до сих пор по невозмутимости она уступала разве что Снайперу.
Я сунулся было вперед, к Ари, но Снайпер мне не позволил: «Впереди сяду я. И Асахиро. Так лучше». Ну вот, опять меня задвинули. Но спорить со Снайпером я точно не собирался, я еще жить хочу. Тем более что не могу сказать, чтобы он был неправ. Я в очередной раз спросил себя, чего мне на месте не сиделось. Но на корабле я бы точно дыру в обшивке прогрыз. И вообще, это еще на «Кашалоте» думать надо было, а сейчас уже все завертелось, топай куда скажут и попытайся остаться в живых. А это, кажется, может быть непросто.
Так. Я, может, и пень, но не глухой точно. И звуки перестрелки я не спутаю ни с чем. А слышались они в аккурат со стороны дальнего терминала на задворках, куда «Сирокко» загнали, чтоб не пугал гражданских. До сих пор всем это было только на руку – упрощенный выход в город, почти ни с кем не пересекаться. А вот теперь, кажется, дело плохо – до местных этот бардак пока еще дойдет. Да и нам бы еще прорваться. А то память на лица у меня, конечно, хуже некуда, но я совершенно точно могу сказать, что, когда мы прилетели, этих рож среди персонала космопорта не было. Как минимум, что-то многовато народа для проверки документов. И что-то у меня такое чувство, что под форменными куртками там отнюдь не сканеры. И какого черта, хотел бы я знать, тут происходит?
– Космопорт под контролем Терры, – произнес на пиджине тот, что в центре. Заслон ощетинился стволами. – Сдавайтесь по-хорошему, и мы дадим вашему кораблю улететь.
