– Э-эй, – осторожно подал голос Леон, глянув в мониторы, – я верю, что ты все учел, но ты нас такой загогулиной не угробишь?
– А иначе нам навяжут бой терране и точно угробят, – парировал Люсьен. В напряженные моменты он мог быть довольно резок, хотя и не переходил границ. – Да, нагрузка на двигатели будет близка к предельной, но хотя бы разорвать дистанцию. Иначе распылят по подпространству.
– Полная задница, – вмешался по интеркому Коул. – Мы не уйдем.
– Есть решение. Я покажу, – пальцы Люсьена порхали над консолью бортового компьютера.
– Ты башкой на старте стукнулся? – спросил Коул не язвительно, а даже печально. – Это ж через задницу вывернуться – такие скачки обеспечить.
– Если не обеспечим мы, нас вывернут через это же самое терране. Юджин, ты же можешь. Я в тебя верю, поверь и ты мне!
Коул что-то буркнул в интерком, но тут же принялся раздавать команды.
Что было дальше – Деверо помнил плохо. Системы корабля, конечно, гасили перегрузки, тем более что Леон помнил о количестве раненых на борту, но в рубке все маневры ощущались куда явственнее. А может, так просто казалось, потому что Люсьен сам видел каждое действие и его результат. Скачок, ускорение, еще скачок, Враноффски приглушенно матерится, выбивая дробь по клавиатуре, по интеркому совсем не приглушенно матерится Коул… и тут Ари заорал:
– Есть! Отвалились!
– Не расслабляемся! – ответил Люсьен. – Сейчас нам нужно полным ходом гнать до нейтрального пространства. Ари, что нам отвечают?
Ари отозвался не сразу, а когда все же ответил, его душил хохот.
– Нордиканцы по закрытому каналу очень интересуются, где носит эту самую погоню, а то что-то давно они никому не вламывали. Наконец-то ожили! Я им еще с Маринеска орал, но, честно говоря, особо не надеялся.
Люсьен нервно усмехнулся.
– Обстоятельные имперцы не любят спешки. Да, это не ты учил меня русской поговорке «долго запрягают, да быстро едут»?
– Ну не кэп же, – фыркнул Враноффски. – И не Снайпер. Ох, ну все, я теперь в переписке с половиной Нордики… Что-о-о?!
– Да не ори ты так, – буркнул Коул. – Без тебя хреново.
– Все нормально, ребята, можем лететь без выкрутасов, – уже спокойнее сказал Враноффски. – Нордиканцы засекли терранское подкрепление, но им сейчас будет дело до чего угодно, но только не до нас.
– Юджин, как движки? – быстро спросил Деверо.
– Выдержали, – деловым тоном ответил Коул, а потом заорал не хуже Враноффски: – Люсьен, засранец, ты нас вытащил!
– Засранцем я чуть не стал на последнем скачке, – честно признался Деверо. – Но знаешь, радоваться будем, когда влетим в безопасное пространство. А то я уже боюсь что-то утверждать.
– Так, если дальше летим штатно, то я зову Сьерру, – сказал Леон. – Иначе еще один скачок – и будете отмывать мои мозги от приборной панели.
– Штатно, штатно, – подтвердил Деверо. Его мозги были примерно в том же состоянии, но перекладывать на Враноффски еще и контроль маршрута было бы бесчеловечно.
– Леон, ты там как? – раздался в интеркоме голос Габриэль.
– Живой, – отозвался Леон. – Сейчас меня Сьерра сменит. Я надеюсь, наш перелетный лазарет еще не все анальгетики подъел?
– Тебе осталось, не волнуйся.
Сьерра не заставил себя ждать. Леон буквально выпал из пилотского кресла. Люсьен проводил его сочувственным взглядом. Насчет засранцев он, конечно, пошутил, но не то чтобы был сильно далек от истины.
– Докладываю: в моей части корабля все спокойно! – отрапортовал по интеркому Алекс. – Дарти матерится, Мигель упражняется в черном юморе, словом, идут на поправку.
Деверо осторожно выдохнул. С этими ребятами он, пожалуй, продержится, пока капитан не вернется в строй.
26.
6 сентября 3049 года
Габриэль отдыхала недолго. Она была абсолютно уверена, что Джон справится, в конце концов, все срочное уже позади, да и своего напарника она знала – но саму себя она тоже знала прекрасно. Осознание, что она, в целом здоровая, валяется бревном, когда пол-экипажа выбыло из строя, испортит ей любой отдых. Так что лучше уж понемногу вставать и приниматься за дела, следя только за тем, чтобы не забывать есть и спать. И попросить Джона убрать подальше все энергетики и не говорить ей, куда, даже если сама потребует. А понадобится кому из экипажа – пусть он сам и выдает.
Она привычно прислушалась к сигналам аппаратуры. Все в порядке, все стабильно. Сержант Каррера все же исполнил свое обещание и, опираясь на Дэйва, уковылял в отсек экипажа под угрозы Габриэль оторвать голову, если доковыляется до осложнений. Но пока от ударной группы никаких сигналов не поступало. Только сам Каррера сообщил, что добрался благополучно, и добавил: «Не волнуйтесь, док, в родном отсеке и стены помогают». Пару секунд Габриэль придумывала язвительный ответ, но в конце концов махнула рукой. Здоровье у сержанта воистину железное, так что он, пожалуй, может себе позволить немного пренебречь режимом. Но Габриэль взяла с него страшную клятву, что до возвращения на Сомбру не увидит его в тренировочном зале. А то с него же станется.
