Не дал уйти на верхний уровень? Похоже, этот экипаж еще преподнес не все возможные сюрпризы… Вот сейчас Снайпер дорого бы заплатил за возможность вспомнить. Но даже Темницки в свое время только развела руками – в боевом режиме нет личности, неоткуда взяться и воспоминаниям. Да и лезть в перестроенную психику в лучшем случае бесполезно, в худшем – опасно. Но как бы то ни было – похоже, ему и в самом деле удалось вернуться. Рош что-то говорил, что-то успокаивающее… знать бы, что. Видимо, в который раз придется довольствоваться пересказом.
Но, как говорит Селина – очень ее не хватало там у выхода на поле, хотя она могла и не продержаться – на ловца и зверь бежит. В медотсек пришел на очередную перевязку Рош. Габриэль сама сгорала от любопытства, как же у него так получилось со Снайпером, и она стала его расспрашивать. Думая, что Снайпер спит, они старались говорить тихо, но немного обострить восприятие он был способен уже сейчас. И в подробностях услышал всю историю. Да, если выход на верхний уровень в принципе можно остановить – то именно так, как это сделал Рош. Он идеально нашел нужные формулировки. И ведь он почти не в курсе. Нет, Снайперу определенно повезло с этой командой.
Рош ушел, и Габриэль снова появилась рядом, проверяя состояние тяжелораненых. Остановившись около Снайпера, она присвистнула:
– Ничего себе. Я, конечно, от тебя уже всего ожидаю, но чтобы такие ранения заживали настолько быстро…
– Спасибо Рошу, – отозвался Снайпер. – Я слышал ваш разговор. Он действительно сумел… остановить меня. Остались силы… на восстановление.
– Вот и не трать их на разговоры, – Габриэль сурово сдвинула брови, но было видно, что она рада. До сих пор непривычное ощущение. Обычно Снайпер беспрекословно подчинялся Габриэль, но сейчас он еще не все выяснил.
– Как Асахиро? Рош говорил, он остался прикрывать…
– Ранен в руку, неприятно, но идет на поправку. Ладно уж – если пообещаешь, что проговорите недолго, а потом ты будешь спать, я его вызову. Он очень хотел тебя навестить.
Асахиро возник чуть ли не в тот же момент, как Габриэль отошла от интеркома. Снайпер заметил, что он смотрит в пол, и только вздохнул. Мог бы высвободить руку из аппаратуры – вместо всяких слов покрутил бы пальцем у виска или просто взялся бы за голову. Безнадежный случай.
– И что ты опять глаза прячешь? – заговорил Снайпер. – Если бы не ты, ни меня, ни Роша сейчас не было бы в живых. Если я о чем и жалею, так только о том, что не видел твой поединок с тем терранином. Говорят, было на что посмотреть.
Асахиро слегка улыбнулся.
– Да, таких противников давно не попадалось. Но… тебя все-таки свалили.
– Идиотская случайность, – парировал Снайпер. – Асахиро, я тебе уже говорил на Азуре и повторю: ты первый в моей жизни, кто вытащил меня из боя, и я это не забуду. Даже с «Ариэля» я выбирался сам. А сейчас ты сделал так, что меня смог вытащить Рош. Еще и не просто вытащить, а не дать уйти на верхний уровень, который бы меня убил.
Асахиро все еще смотрел недоверчиво. Снайпер кивком сделал ему знак приблизиться.
– Ты вернул долг, – проговорил он с расстановкой.
Асахиро молча склонил голову. Потом осторожно сжал ладонь Снайпера и замер. Сколько он так простоял – Снайпер уже не мог сказать. Силы все еще кончались очень быстро, и он благополучно заснул.
28.
20 сентября 3049 года
Капитан Да Силва мрачно хлебал томатный суп, гоня от себя мысли о сочном стейке. Нет, ложкой мимо рта он уже не промахивался, как в первый день, но Габриэль твердо сказала: до самой Сомбры только мягкая пища. Суп был, в общем, даже вкусный, но капитан уже смотреть на него не мог. Масла в огонь подливал сержант Каррера, громко ворчавший, что за время перелета экипаж на рыбной диете точно отрастит плавники и начнет булькать. Капитан не выдержал, пересел к сержанту, и теперь они мечтали о стейках вдвоем. Как всякий наемник, Да Силва был всеяден, но, известное дело, больше всего хочется именно того, что запрещено или недоступно. И если в обычной жизни мясо он любил, но, в общем, не до фанатизма, то сейчас стейки просто преследовали его. Он давал себе обещания, что, как только Габриэль разрешит, он немедленно отправится в ресторан «Синий бык», где подают лучшие стейки в столице. И закажет сразу два. И закусит тарелкой копченостей. И запьет мясным бульоном. Каррера понимающе вздыхал в усы.
Из медблока капитан сбежал через четыре дня после Карреры. Практически с тем же текстом – что в родной каюте выздоравливать сподручнее. В конце концов, чувствовал он себя, стараниями Габриэль, не в пример лучше и уже начинал звереть без дела. И вообще, надо иметь совесть и не сваливать все на энсина Деверо. Хотя как он увел корабль от терранского хвоста – недолго ему в энсинах ходить осталось. Изучая доклады, капитан не улыбался до ушей только потому, что это было все еще трудно. Вот же экипаж – прекрасно сами организовались! Да Силва давно говорил, что главное умение капитана – не мешать своим подчиненным справляться самим.
