– Еще оценит, – спокойно улыбнулся Лионель. – Все с вашим навигатором будет хорошо, хоть и не сразу. У меня сейчас проблема не столько в нем, сколько в том, как успокоить вашего героического старшего медика. Ей сейчас самой помощь нужна, а моя напарница уже полезла на стенку с того экзамена, который ей учинили вместо того, чтобы спокойно выпить успокоительное.
– Узнаю Габриэль, – мрачно усмехнулся Асахиро.
– Не думал, что еще ее увижу. И тем более не думал, что встреча будет при таких обстоятельствах. Мы немного пересекались в Академии, хотя учились на разных курсах – я старше на три года. Как была юной девочкой, одержимой желанием спасать и помогать, так ей и осталась. Только опыта прибавилось. Невероятный человек.
– Что да, то да. Уж если она ухитрилась застроить меня и Снайпера, то есть, Вонга… Где он, кстати?
– Насколько я понимаю, помог Ханне с носилками и теперь спит. Травм при аварии не получил, если вы об этом, просто нуждается в отдыхе. Вам, кстати, я бы посоветовал поступить так же. Понимаю, что после всего вы не уснете, но я помогу. Вот, выпейте.
То ли приятный на вкус травяной напиток был довольно сильным снотворным, то ли Асахиро вымотался сильнее, чем сам думал, но вскоре он уже спал.
Неделька выдалась еще та. То сделка срывается, то на производстве чуть не выпустили бракованную партию. Хорошо хоть Юрий помог избежать непоправимого. Жюль был очень благодарен Габи, которая буквально за руку привела в обход всех собеседований парня, комиссованного из Космофлота по ранению, и сказала: «Пап, это Юра. Он молодец». Парень и правда оказался большим умницей и уже через два года пошел из простых техников на повышение квалификации. Определенно будет кого назначить новым начальником цеха, нынешнему-то всего несколько лет до заслуженной пенсии осталось. В общем, дел было невпроворот. Это ведь только кажется, что владельцу крупной компании ничего не надо делать – знай только раздавай указания из шикарного кресла начальника да бумажки подписывай. Ага, как же. Делал бы так – уже давно бы в трубу вылетел. Пример бывшей супруги служил отличным назиданием. Котировки акций некогда процветающей компании шатались как пьяные, и аналитики не обещали ничего хорошего.
Еще и с Джо вдруг повздорил на ровном месте. Впрочем, его Джоанна – золотой человек. Не стала злиться, сказала, что оба просто устали, и укатила, пользуясь отпуском, на неделю в Тандервилль, на свадьбу двоюродного племянника. Загрустить Жюлю не дала внучка. Так вышло, что Габи снова в космосе, Флёр на гастролях, а Жан, генетический отец девочки, еще не вернулся из командировки – поехал представлять какой-то крупный проект на престижную выставку. Жюль сначала переживал, все-таки он раньше не оставался с ребенком на такой долгий срок, но вечера проходили на удивление мирно. Внучка висла сначала на шее у няни, упрашивая прийти еще – «ты же мне друг, правда?» – потом на шее у самого Жюля, а проглотив заказанный ужин, тащила дедушку слушать, как они с няней лечили плюшевых зверей. Играть в доктора Ли была готова сутками. А уж когда Жюль ей подыгрывал, восторгу юной «доктора Картье-и-Сагредо» не было предела.
Наконец вернулся довольный Жан, чей проект получил какую-то престижную награду. В кои веки Жюль смог познакомиться с ним поближе, и впечатление осталось самое приятное. Жан увез счастливого ребенка домой, готовиться встречать маму Флёр, маму Габи и дядю Леона, а Жюль смог выдохнуть. Теперь ему хотелось побыть одному и дождаться Джоанну, по которой он основательно соскучился. Да и есть хотелось ужасно. Дорогие рестораны Жюль терпеть не мог, предпочитал уютные кафе, где можно тихо и не спеша поесть. Джоанна как-то говорила, что половина офиса бегает на обед в «Золотое яблоко». Ну что ж, надо посмотреть, что за «Яблоко» такое. Раз уж сотрудники постоянны в своих предпочтениях, надо думать, кормят там действительно неплохо. И кафе совсем рядом.
На входе Жюль машинально придержал дверь молодой светловолосой женщине лет тридцати с небольшим, в простом, но очень стильном голубом платье.
– Спасибо! – женщина тепло улыбнулась ему и чуть растерянно добавила: – Привет, папа.
Жюль не поверил своим глазам, но перед ним действительно была его средняя дочь. Но не та запустившая себя расплывшаяся толстуха, одетая дорого и кричаще, но с потухшими глазами и уныло-равнодушным выражением лица. В дверях стояла симпатичная молодая женщина с доброй улыбкой. Может, и склонная к полноте, но эта полнота была скорее уютной и ее не портила.
– Привет, Виржини!
– Не узнал? – снова улыбнулась дочь.
– Как же тебя узнаешь. Ты совсем другая стала. Выглядишь потрясающе.
– Спасибо. Ты тоже. Хочешь, присядем? Я смотрю, ты тут первый раз. А я знаю здешнее меню.
– Почему бы и нет.
Они устроились на уютных диванчиках. Виржини подложила себе под спину небольшую подушку и расслабленно вздохнула:
– Так-то лучше. Кажется, я переохладилась в бассейне, теперь вот спина побаливает. Восстанавливаюсь после рождения сына, хожу на плавание.
– У тебя сын? Поздравляю.
