В мой разговор с ушастой пленницей вмешалась крылатая Виги, замельтешив перед глазами и сообщив, что возвращение похищенного ребёнка однозначно улучшит мою репутацию в конкретном посёлке зверолюдей Капустные Грядки и даст игровой опыт. Если же среди похищенных детей имеются жители королевства полуволков, то их возвращение не только даст опыт и повысит репутацию, но даже возможно повысит Легитимность. Что ж, я и так не собирался бросать похищенных детей на произвол судьбы, но если за их спасение ещё и опыт игровой дадут, и будет помощь в борьбе за трон зверолюдей, то я вообще двумя лапами за!
— Зайка, плыть не придётся. Я помогу тебе перебраться за реку, обещаю. Да и с транспортом тоже помогу. Есть тут на корабле ещё пленники?
— Да полный трюм! Я видела внизу не менее сорока детей, большинство без сознания опоенные снотворным зельем.
Сорок? Мой первоначальный энтузиазм сразу же угас. Вообще-то я планировал вызвать магическим свистком дилижанс с Ялитой и Илмарой, и отправить таким способом детей обратно в их родные края. Но если пленников тут аж четыре десятка… причём, вполне возможно, в подвале особняка также остались ещё похищенные дети… столько в дилижанс однозначно не влезет. Нужно несколько повозок. Или придумать что-то другое.
— Да как ты посмел! — однорукий хаджит пришёл в себя и даже умудрился выплюнуть мешавший ему говорить стакан. — Ты хоть знаешь, кто я такой? У меня в друзьях три магистрата торговой республики, сам дож к моим словам прислушивается! Тебе не жить, мерзкий зверочеловек!
Двери распахнулись, и в каюту вошла Рея Ури в кожаной куртке с капюшоном и с небольшим луком за спиной. Недовольно поморщилась, увидев столько крови вокруг, очередное мёртвое тело и одно пока ещё живое, подвешенное к потолку.
— Пёс, я тебе уже говорила, что ты просто мясник!
А потом… моя спутница замерла и как-то нехорошо сузила глаза. Затем и вовсе протянула лапу за плечо, доставая из-за спины лук. Всё ясно: увидела метку «Преступник» над головой Пса, появившуюся одновременно с первым убийством, и программные алгоритмы агента «Стальной Короны» взвыли, заявляя о необходимости устранить нарушителя.
— Рея, я предупреждал вас обеих перед операцией, что это неизбежно… — попытался оправдаться я, хотя и понимал, что это безнадёжно. — Работорговля зверолюдьми здесь у хаджитов не считается преступлением, и наша атака логова работорговцев в любом случае привела бы к тому, что мы сами станем преступниками…
— Не стреляй, красавица! Волк спасал меня! — попыталась выгородить меня храбрая девушка-зайчишка, уже надевшая обратно синенькое порванное платьице, расставив широко лапы и закрывая меня своим крохотным тельцем.
Но Рею все эти слова не остановили. Волчица медленно достала из колчана стрелу, сразу же подсветившуюся синим из-за какой-то специальной магии Мастера Лука, наложила на тетиву… Я отстранил в сторону непрошенную защитницу, внутренне собрался и поднял когтистые лапы, готовясь отразить пущенную с пяти метров смертельно-опасную стрелу. Выстрел!
Эээ… Что сейчас произошло? Я удивлённо заозирался, обернулся и обнаружил подсвеченную синими искорками стрелу, вогнанную по самое оперение точно в глаз подвешенному работорговцу. Лучница расчётливо убила беспомощного пленника! Метка «Преступник» над головой Реи Ури красноречиво свидетельствовала об этом!
— Какого, извиняюсь, хрена⁈ — заорал я и подошёл, решительно отбирая лук у своей союзницы, при этом Рея Ури нисколько не сопротивлялась обезоруживанию. — Вильгельм Красивый был ценным информатором, который многое знал о схеме работорговли в торговой республике!
Серая волчица как-то сразу сникла и даже выглядеть стала в полтора раза меньше прежнего. Поджала к голове ушки, опустила глаза и проговорила едва слышно.
— Извини, Пёс, но так было нужно. Зло должно быть наказано любой ценой. И если местные законы не позволяют покарать преступника, это была обязана сделать я сама. Так меня учили, и именно в такую справедливость я верю всем сердцем. Можешь сдать меня властям как преступницу. Можешь наказать, как посчитаешь нужным, или выгнать из своего отряда, но я поступила так, как полагала правильным.
Я подошёл ближе и крепко обнял волчицу, мелко трясущуюся из-за переживаний и едва не плачущую. И проговорил ей негромко, чтобы успокоить и заодно объяснить, в чём она не права.
— Наказания не будет, этот тип заслужил смерть. Но его подельники-работорговцы остались без наказания, так как ты поддалась эмоциям и поспешила. Так что больше до конца твоей стажировки никакой самодеятельности, ты слушаешься меня беспрекословно. Поняла?
— Да, босс, я поняла. Только отпусти меня, я уже успокоилась. И я не послушная Харуми Шируба, чтобы меня можно было вот так безнаказанно лапать!
