Джек уже успел лечь в постель, когда в дверь негромко постучали. Джейн стояла на пороге.
— Здесь так пусто и одиноко. Позволь провести эту ночь с тобой, — женщина была зареванная, с растекшейся косметикой, обиженная, жалкая. Она подошла к нему, села на кровать и уткнулась головой в грудь.
Джек был не против убежать от мерзостей жизни хотя бы на час. Или она оказалась редкостной коровой, или Капитан привык к страстной и сильной Нике, но, выжав Джейн как половую тряпку, он так и не смог ничего почувствовать, кроме утомления и раздражения.
Эндфилд отвернулся от помятой и растрепанной женщины, сильно желая, чтобы она убралась к себе. Промелькнуло, что его случайная знакомая может зарезать его во сне, ограбить. Может навести мафиози, оказаться агентом СБ. Сквозь дрему он слышал, как она тихо всхлипывала, потом окликнула его и тихонько пошла к выходу. Перед тем как провалиться в сон, Капитан с отвращением подумал, что у нее хватит ума приехать завтра к нему с вещами и ребенком…
Джек сидел за столиком на берегу моря. Дул резкий соленый ветер, солнце пряталось в низких облаках, которые задевали землю своим краем. Полосы и струи тумана обдавали сыростью, глушили звуки. Ника подошла сзади, положила руки на плечи. Джек сразу понял, что это она, откинул голову назад, прислонился к живому теплу ее тела.
— Ты забыл меня?
— Нет, что ты. Я думал о тебе.
— Я так соскучилась. Скажи, тебе так понравилась эта?
— Я хотел отомстить тебе.
— Дурачок, — засмеялась девушка. — Зря только замарался.
— Я скучаю по тебе.
— Найди меня, я на этой планете, позови. Приду. Все будет как раньше.
— Как я могу? Ты шпионила за мной раньше и сейчас что-то затеваешь.
— Да, но это такие мелочи. Ты ведь любишь меня.
— Ты этим пользуешься.
На мгновение яркая вспышка ослепила Джека.
— Ника, мне пора, — Капитан резко поднялся.
— Нет, не уходи. Поцелуй меня.
Эндфилд обнял ее и поцеловал. Она ответила нежно и страстно, застонала, подалась назад… Легла на стол, увлекая его за собой, закинула ноги ему на талию…
Джек проснулся. Еще не очнувшись от сна, выхватил пистолет из-под подушки. Что-то случилось. Бесшумной тенью двинулся по коридору в спальню, где была Джейн. Женщина лежала на полу в луже крови. В высоком лбу темнела пробитая лазером аккуратная дыра. Луч хорошо прожарил ее мозг, выдавил давлением пара и газа от сожженных тканей глаза из орбит.
На стекле осталось темное пятнышко — след луча, который прошел через закрытое окно; Сверхчувственное восприятие попыталось обнаружить убийцу, но вокруг не было никого. Капитан послал запрос на фиксацию показаний счетчиков открывания дверей и окон в центральном банке данных, вызвал полицию. «Тебе еще нужны подтверждения?» — спросил он у самого себя.
В течение многих месяцев после этого Джек не знал покоя ни днем, ни ночью. В минуты, когда жизнь особенно его доставала, у Эндфилда проскакивали мысли, что лучше бы Джейн Томпсон переехала к нему со всем ее безвкусным, ширпотребовским барахлом, четырьмя котами, выжившей из ума старухой-матерью и сопливым, истерически-капризным сынком с вечно красными, слезящимися глазами.
Дом до сих пор был на контроле. Региональная станция наблюдения фиксировала все сигналы внутренней автоматики. Сравнение показаний датчиков присутствия с эталонными, записи видеокамер, которые передавали изображение в блоки памяти РСН, спасли Капитана от знакомства со следственным изолятором. У него даже не отняли пистолет. Подписка о невыезде, официальное прослушивание каналов связи, внутреннее наблюдение. Данные мониторинга и след луча на стекле неопровержимо доказывали, что Эндфилд не стрелял в женщину. Однако дело зашло в тупик, поскольку до сих пор оставалось непонятным, как появился в охраняемом пространстве подкуполья и куда исчез в нарушение всех законов физики таинственный убийца. Капитану всякий раз намекали, что из свидетеля легко превратиться в обвиняемого, предлагали дать признательные показания. Раз десять следственная бригада проводила эксперимент, в котором Джеку как идиоту приходилось показывать, как он вскакивал с кровати, как обнаружил труп в спальне, рассказывать следователю, когда, при каких обстоятельствах он познакомился с Джейн, что она делала у него в доме, в какой форме и сколько раз он совокуплялся с ней, а также почему она пошла ночевать в другую комнату. Все это записывалось, комментировалось, и сверхчувственное восприятие Эндфилда услужливо рисовало все насмешки сотрудников прокуратуры по поводу богатого лоха, истратившего двести тысяч кредитов для того, чтобы влезть в дерьмо по самые уши.
