Забери меня к себе полностью

Л ю б а. Говорится, что, прежде чем общаться с мальчиками, нужно пройти тест “Насколько хорошо ты знаешь мужчин”.

П о л и н а. А это точно поможет?

Л ю б а. По статистике, 70% девочек, прошедшие этот тест, удачно выходят замуж.

П о л и н а. Давай.

Л ю б а. Первый вопрос. Что мужчины больше любят видеть на женщине, чулки или капроновые колготки? (Пауза.)

П о л и н а. Да в обоих случаях он извращенец, раз его только это интересует.

Л ю б а. Нужно дать конкретный ответ, а иначе я не смогу сверить с правильными ответами в конце книги.

П о л и н а. Ну, пусть будут колготки.

Л ю б а. Нет, это неправильный ответ. Почти ста процентам мужчин нравятся чулки. Прости, но ты пока не знаешь мужчин.

П о л и н а. Ладно, давай второй вопрос.

Л ю б а. Если ты не ответила на первый, то нет смысла продолжать. Чтобы проходить такие тесты, нужно быть сначала подготовленной. А ты совсем не готова к этому.

П о л и н а. Подожди, я щас. (Включает диктофон.) Сороковой день после пятнадцатилетия получился какой-то странный. Он как радуга. То хорошо, то плохо. Сначала явно на горизонте вырисовывался шанс выйти замуж. Теперь этот шанс кажется мне смутным. Еще чуть-чуть, и мое сознание отключится. Конец связи. (Пауза.) Наверно, хочешь спросить, зачем я все говорю в диктофон?

Л ю б а. Потому что тебе нравятся ноги. Я знаю.

П о л и н а. Нет. Это мои мемуары. Я записываю их голосом. Потому что писать рукой мне стыдно. А знаешь почему? (Говорит шепотом Любе на ухо.) Потому что я неграмотная. Когда говоришь все голосом, то никто никогда не узнает, сколько ошибок у тебя было в словах, никто не знает, где нужно поставить запятую, потому что я и сама не знаю, где их ставить. Потому что если спустя триста лет находят мемуары, написанные неграмотно, то такого автора даже не рассматривают, такой человек просто уходит бесследно, как будто и не жил вовсе. А тогда зачем рождался человек? Прославляют только грамотные мемуары. Вот мои мемуары грамотные. Я хочу, чтобы через триста лет все знали, что я жила, что была такая, как я…..

Л ю б а. Это очень интересно, но при чем тут ноги?

В коридоре кричит Коля. Полина надевает короткое платье,

приоткрывает дверь, подслушивает.

Л ю б а. Почему мы не можем выйти?

П о л и н а. Есть такой закон. Все должны сидеть в своих комнатах.

Л ю б а. Это твоя странная мама так придумала?

П о л и н а. Нет. Я сама так решила. Никто не должен днем ходить по квартире. Выходить можно только ночью.

Л ю б а. И я могу выйти в туалет только ночью?

П о л и н а. Почему? Нет. Иди хоть сейчас.

Л ю б а. Так ты же сказала…

П о л и н а. Это относится только ко мне. В доме только я мемуары пишу. А Ленка вообще неадекватная.

В это время в зале Коля кричит на Юлю.

К о л я. Сколько это может продолжаться?

Ю л я. У меня срок шесть месяцев. Еще три осталось.

К о л я. Я тебе говорю, у Антона пропали часы.

Ю л я. Ну и что, что пропали, я-то тут при чем? Все когда-то в этой жизни пропадает. А мне еще три месяца осталось.

К о л я. Где часы, я тебя спрашиваю?

Ю л я. Вот ни фига себе. Конечно, опять я во всем виновата. Дак конечно, а кто еще? Давай обвиняйте меня во всем. Всю жизнь на меня все валите. Так че, конечно, на кого еще-то. (Пауза.) Нет, тебе че, жалко, что ли? Тебе для меня, беременной, жалко, что ли?

К о л я. Где часы?

Ю л я. Ну, где, где? Там же, где и остальные вещи.

К о л я. Ах, еще и остальные вещи есть?

Ю л я. Ну да. Где-то есть, где-то нету. И что ты на меня кричишь? Может быть, мне так хочется.

К о л я. Ты зачем воруешь, бесстыжая?

Ю л я. Ну и что, что я ворую? Ну что ж теперь делать, если мне хочется. Ну вот торчит из кармана финтифлюшка какая-нибудь, ну вот, ей- богу, ну что ж она торчит-то? Глаз травит. Ну так вот я ее и тащу, чтоб не торчала. Зачем же ей торчать просто так? Нет, ну в самом деле, в чем я не права?

К о л я. Все соседи уже жалуются. Кто к нам ни придет, так у всех что-нибудь да пропадает. Где часы Антона?

Ю л я. Знаешь что, милый мой, а ты вот не подумал, что я, может, просто нахожусь в состоянии эффекта. Да. Может быть, у меня временный эффект беременной женщины. Нет, ну а что? Кто-то вот ест много во время беременности, а кто-то ворует, это же нормально. Это естественно. У всех по-разному беременность проявляется.

К о л я. Где часы?

Ю л я. Там же, где и все вещи, в специальном месте.

К о л я. У тебя еще и место специальное заведено.

Ю л я. Дак конечно. Это чтоб они второй раз не пропали. Вон в той шкатулке. Иди забирай. Мне все равно от тебя ничего не нужно. Ничего и не допросишься никогда. Жмот.

Коля достает часы из шкатулки, зовет Полину.

К о л я. Мы к Антону. Он хочет познакомиться с ней. Надо расписание еще составить.

Ю л я. Ну дак конечно, он же там наливает. Сразу ведь было понятно. Только и ходите к нему на дню по десять раз.

К о л я. Он учитель. Еще раз повторить?

Ю л я. Конечно, а Полинку берете, чтоб она на шухере стояла, да? Здесь все против меня. Всю жизнь какие-то заговоры против меня устраиваете.

К о л я. Да все, Антон, надоела уже. (Пауза.)

Ю л я. Как ты меня назвал?