У Матиаса захватило дух. Пройдя через маленькую переднюю, похожую на коридор, они очутились в кухне, какой он еще никогда не видел. На стенах не было штукатурки, и сделаны они были из грубого натурального камня. Посреди просторного помещения стоял похожий на прилавок стол, который поддерживали колонны, — кухонная секция, которая, похоже, могла удовлетворить любой вкус. С правой стороны находилось окно с видом на castelletto[18], а прямо дверь вела на большой балкон в форме трапеции, с которой открывался вид вплоть до Монте Амиата.
Солнечный свет заполнял помещение, посылая лучи на массивный деревянный обеденный стол, который, казалось, был позаимствован из какого-то замка. А рядом с ним находился огромный каменный камин, где было достаточно места, чтобы зажарить на вертеле целого поросенка, и который мог обогреть всю квартиру.
Матиас закрыл глаза и на какой-то момент затаил дыхание. Ему не хватало только лишь огромного оперного хора, который бы подчеркнул невероятную атмосферу этих уникальных итальянских апартаментов.
С бьющимся сердцем он осмотрел спальные и жилые помещения, фантастическую ванную комнату с джакузи, биде и двумя умывальниками и наконец вышел на балкон. Под ним была пьяцца. Он уже в мыслях представлял, как будет сидеть на балконе с бокалом вина, чтобы достойно завершить день, или в шезлонге на террасе, окруженной лимонными деревьями и олеандрами, невидимый для соседей. Маленькая лестница внутри дома вела в своего рода гараж или просторный склад, куда можно было заехать с площади и где места было больше, чем нужно для машины. Здесь он мог бы, к примеру, разместить холодильник и стиральную машину, здесь можно было хранить дрова для камина и рабочие инструменты, а самое главное — никто из соседей не мог видеть, каких гостей он принимает в своем доме.
Сенсация! Уникальная возможность! Он уже понял, что не упустит ее, но пока ничего не сказал.
Скрестив руки, Матиас стоял перед открытой дверью на балкон и старался не показать виду, насколько он потрясен.
— Цена вопроса? — спросил он.
— Пятьсот пятьдесят тысяч. — Кай Грегори тоже надел дежурное лицо игрока в покер. — Я считаю, что вполне приемлемая.
Матиас ничего не ответил. Он вытащил цифровой фотоаппарат из кармана и еще раз прошелся по всем помещениям, чтобы сделать фотографии каждой комнаты, а также вида из каждого окна.
«Хороший признак», — подумал Кай и мысленно ухмыльнулся.
— О’кей, — сказал Матиас наконец. — Пойдемте выпьем что-нибудь и обо всем поговорим. Я видел недалеко небольшую остерию.
— Я приглашаю, — поспешно сказал Кай, — возможно, вы захотите что-нибудь съесть. Я очень рекомендую вам здешнюю кухню.
Через два часа после бутылки «Монтепульчиано», тортелини с начинкой из шпината, жаркого из кролика и крем-брюле они сторговались окончательно. Пятьсот тридцать тысяч, нотариальное заверение и передача дома через две недели.
Кай был приятно удивлен. Его коллега оказался не придирчивым, а наоборот — человеком быстрых решений. Он не использовал свои профессиональные знания для того, чтобы усложнить сделку, затянуть ее или сбить стоимость. Двадцать тысяч, на которые Кай снизил стоимость, не были для него проблемой, он все равно заранее накинул их сверх цены, и он предполагал, что Матиас это понял. Они играли в открытую.
В двадцать минут одиннадцатого зазвонил мобильный телефон. «Моя мать… — подумал он. — Нет, пожалуйста, не надо! Пожалуйста, лишь бы ничего не случилось!»
— Фон Штайнфельд, — ответил Матиас хрипло, и ему пришлось откашляться.
— Надеюсь, я не слишком рано? — спросил Кай Грегори, и его голос звучал бесстыдно бодро. — У меня тут есть кое-что для вас. Я имею в виду — на следующие две недели.
Матиасу потребовался некоторое время, чтобы прийти в себя. Да, правильно. Вчера после ужина за второй бутылкой вина он спросил маклера, нет ли у него какой-нибудь идеи насчет того, где можно провести отпуск. Это должно быть нечто особенное. Матиасу хотелось поехать на море. Он ни в коем случае не хотел до встречи с нотариусом проводить время в Сиене.
— Я подумаю, — ответил Кай, — наверняка что-то найдется. Хотя у моря сейчас, во время основного сезона, собачью будку сдают не менее чем на троих. А насколько я понял, у вас есть определенные требования.
— Конечно. Я не поеду в отпуск, если там мне будет неудобнее, неуютнее и примитивнее, чем дома.
— Понимаю. — Кай ухмыльнулся и больше ничего не сказал. Матиас рассчитывал, что придется провести не менее трех дней в Сиене, пока Кай найдет что-то подходящее, но то, что маклер позвонил уже на следующее утро и буквально вытащил его из постели, было совершенно неожиданно и пробудило в нем любопытство.
— И что же такое у вас для меня есть?
Вместо того чтобы ответить, Кай спросил:
— Вы не могли бы рассчитаться за проживание и через полчаса ждать перед гостиницей? Я заеду за вами.
— Да, если уж так необходимо…
— О’кей. Пока.
Кай отключился.
